— Значит, всё-таки Мары…
— Нет. Ндрангета.
Ндрангета. Калабрийская мафия, якобы самая ужасная и жестокая мафиозная организация в мире. Анжело сказал это слово мягче, чем Джианна, когда не спрашивая, терялась в жутких рассказах о мафии, но как всегда я посчитала это слово устрашающим. Как я между тем уже знала, Ндрангета была вездесущей. Если истребить её, будет так, словно обрежешь Калабрии важную для её жизни вену, через которую неизбежно бежал так же её яд.
— Поверь мне, здесь на много миль вокруг нет никаких Маров. Ты рискуешь больше нарваться на мафиози, который складывает своё оружие в одном из домов, и тогда это может стать опасно. Вся деревня была взята после полицейской облавы. Те немногие, что остались, мигрировали. Разве ты не видела, что окна сделали пуленепробиваемыми?
Да. Это я видела, но совершенно неправильно истолковала.
— А Мары не имеют ничего общего с мафией? — Так быстро я не собиралась отказываться от моей теории.
— Нет. Мы не любим подчиняться какой-нибудь организации, не имеет значения, криминальная они или нет. Кстати, смешная идея… — Уголки губ Анжело слегка приподнялись вверх, что придало его сдержанной улыбке мечтательное выражение. Если бы у меня с собой был фотоаппарат, то я именно сейчас нажала бы на кнопку. — Как у тебя вообще появилась идея искать здесь, именно в этом уголке земли?
— Я… ах, плевать, — пробормотала я. Теперь я могла похоронить и мою последнюю надежду. — Разве это настолько невозможно, чтобы здесь жили Мары, которые рассказали бы мне что-нибудь или мой отец… — Я не могла продолжать. Мои мысли играли в догонялки, и не одна из них не могла победить. То, что я пыталась сказать, звучало действительно очень абсурдно.
— Чем они по-твоему будут здесь питаться? — спросил Анжело — справедливый вопрос, который меня совершенно обескуражил. Даже если бы здесь ещё жили люди: я не могла представить себе, чтобы их сны были особенно питательны. Бедность в горных деревнях была ощутима; я до этого лета на знала, что в Европе вообще существуют ещё люди, которые вдали от современного мира обходятся тем, что даёт им природа, и практически отрезаны от внешнего мира. Есть не так много возможностей, чтобы выжить: разведение домашнего скота, кропотливый сельскохозяйственный труд и старая ремесленническая деятельность, которая скоро исчезнет. Я хорошо могла понять, что с карты исчезали целые деревни, потому что жители пытались найти удачу на севере.
— Пошли, давай уйдём отсюда, прежде чем на нас обрушиться остаток крыши, — предложил Анжело. — Я не могу обещать, что буду стоять и во второй раз в нужном месте, чтобы поймать тебя.
Чтобы открыть тяжёлую дверь, ему не пришлось прикладывать никаких усилий. Снаружи я закрыла лицо рукой, чтобы отгородиться от яркого, послеполуденного света, пока снова не привыкла к нему и смогла видеть.
— Значит здесь наверху Маров нет? — Я всё ещё никак не могла сдаться. Что мне делать, когда я вернусь домой, вновь ничего не выяснив? Я не хочу, чтобы другие отказались от поисков и начали планировать нашу обратную дорогу.
— Возможно в южной Италии ещё есть парочка других Маров, но они точно не напишут это на своей входной двери, и даже если ты найдёшь их, это не значит, что у них имеется информация о твоём отце или что они захотят поделиться ей. Эли… я знаю, это меня не касается, но я чувствовал бы себя лучше, если бы в будущем, ты оставила эту затею и не ходила гулять одна по вымершим деревням. — К счастью его голос не прозвучал, как голос старшего учителя, а лишь слегка обеспокоенно, не то я выпустила бы коготки.
— Но мне ведь нужно что-то делать! — всё же защищалась я.
Анжело молчал, руки в задних карманах брюк, взгляд опущен, это опечалило меня, как будто кто-то вырвал из рук что-то ценное. Казалось он размышляет над тем, как преподнести мягче то, что он собирается сказать, да, приукрасить это, но он не сможет. Такое нельзя преподнести в розовом свете. Мой поиск бесполезен, да к тому же опасен. Здесь я не продвинусь дальше ни на шаг. Видимо существует намного меньше Маров, чем я полагала.
— А список? Что со списком? — выдала я мой самый последний козырь. Анжело удивлённо поднял свою белокурую голову.
— Список? — Теперь он оказался тем, чьи глаза распахнулись от удивления.
— Список полукровок, — объяснила я нетерпеливо. — У кого есть доступ к этому списку?
— Эли, я… я ничего не знаю о списке. Написанный список? Листок бумаги с именами полукровок?