– За это всегда отвечала я. Мои люди мне доверяют. Они слушаются меня.
– Так же как мои – меня.
– Мы не можем допустить, чтобы создалось положение, когда две разные группы подчиняются приказам двух разных лидеров.
– Согласен.
Его глаза блеснули, и Сюзанне это не понравилось.
– Если мы хотим, чтобы наши усилия были действенными, наши люди должны подчиняться кому-то одному.
Он кивнул:
– Да.
– Может быть только один лидер.
– Только один.
– Что ж, – сказала Сюзанна раздраженно, – я вижу только один способ решить этот вопрос.
Эндрю прищурился.
– Это какой же?
– Предлагаю дуэль.
Эндрю оторопел:
– Дуэль? На мечах? На рассвете? Разве дуэли не запрещены законом?
– Как будто это имеет значение. – Она ухмыльнулась. – Я предлагаю соревнования по стрельбе из лука. Тот, кто победит, станет командовать всеми войсками. За победителем будет последнее слово во всех вопросах.
Эндрю скрестил руки на груди и всмотрелся в ее лицо. Судя по его ухмылке, он считал, что мастерски стреляет из лука. Но и она тоже. Он кивнул.
– Ладно, пусть будет состязание в стрельбе из лука.
– Три раунда. Победитель будет определен по итогам всех трех.
– По рукам.
Эндрю протянул руку. Сюзанна приняла ее.
– По рукам.
Когда его ладонь сомкнулась вокруг ее ладони, тепло его руки пронзило ее и дошло до самого сердца.
– Завтра?
– Завтра.
Сюзанна испытала облегчение. Завтра проблема будет решена. Завтра она его побьет. Это будет для него так унизительно, что он подожмет хвост и сбежит. Но почему-то от этой мысли она почувствовала острую боль в груди. Почему, Сюзанна не желала задумываться.
Той ночью Эндрю спал очень плохо. Прежде всего потому, что его тюфяк был страшно неудобным, комковатым. Вдобавок его мучили воспоминания о Мари; когда он засыпал, она являлась ему во сне и целовала его. Только каким-то образом во сне Мари была не Мари, а Сюзанной.
Когда Эндрю проснулся, до рассвета было еще далеко. Борясь с болезненным возбуждением, он перевернулся на спину и уставился в потолок. Возбуждение досаждало ему, не давало покоя и вызывало в памяти видения округлых ягодиц в мужском седле, колючих изумрудных глаз и роскошных рыжих кудрей…
Эндрю со вздохом откинул одеяло, встал, оделся, взял свое оружие и вышел в предутреннюю прохладу. До озера было недалеко, и он решил, что купание в холодной воде – как раз то, что ему сейчас нужно. Как минимум купание охладит его пыл к женщине, чей вкус так сладок, что он не может его забыть. К женщине, которая не желает иметь с ним ничего общего. К женщине, которая считает его буффоном.
Эндрю посмотрел на озеро. Над водой клубился утренний туман. Серое и мрачное на вид, оно соответствовало его теперешнему настроению. Недолго думая, он стянул тунику, сбросил сапоги и брюки и шагнул в воду.
В первый момент от холодной воды у него захватило дух, но он не остановился. Эндрю стал медленно заходить глубже, упиваясь покалывающими ощущениями от прикосновения ледяной воды, покрывшей сначала его икры, потом бедра, потом живот. Наконец, набрав в грудь побольше воздуха, он нырнул. Вода сомкнулась над его головой, словно ледяной кулак. Ему это было необходимо. Эта боль его отвлекала. Прорезая воду, он поплыл к дальнему берегу озера, делая сильные уверенные взмахи руками. Он заставлял себя выкинуть из головы мысли о женщине, чей образ преследовал его на протяжении шести лет, и о той женщине, которая мучила его теперь, и сосредоточиться на его миссии, но дело кончилось тем, что он стал разрабатывать план, как остаться с Сюзанной наедине. Он знал, что это глупо, но знал и другое: что он должен попытаться.
Эндрю с нетерпением ждал их дуэли. Если говорить точнее, с нетерпением ждал, когда победит Сюзанну. Однако он спрашивал себя, будет ли с его стороны мудро, если он ее побьет. Он знал, что не может проиграть дуэль нарочно. Во-первых, он слишком уважал Сюзанну, чтобы играть с ней в поддавки. Если она выиграет, она должна выиграть сама. А во‑вторых, он не мог себе позволить проиграть. Он не мог подвести Александра. Эндрю решил, что, пожалуй, ему стоит отнестись к ней снисходительно. Ему пришло в голову, что он упустил прекрасную возможность – можно было поспорить на что-то более личное. Как прекрасно было бы выиграть не только руководство обороной замка, но и поцелуй!
Эндрю развернулся и поплыл обратно. Его мышцы устали, грудь болела, но это было приятно. Как и то, что в голове у него прояснилось, и он пришел к твердому решению относительно того, как следует вести себя с Сюзанной.