– Сюзанна. – Он накрыл ладонью ее щеку и подушечкой большого пальца погладил нежную кожу. Потом слегка нажал на ее пухлую нижнюю губу. – Скажите, что вы об этом не думали, не мечтали…
– Я не думала! – выпалила она, но ее выдал розовый румянец, заливший щеки, и дрожь в горле.
– Скажите мне, что вы не гадали, как…
Она глотнула.
– Как что?
– Как это могло бы быть между нами.
Из ее горла вырвался тихий писк, а потом Эндрю опустил голову, их губы соприкоснулись, и она застонала. Этот стон его подстегнул. А может быть, не стон, а ее аромат, ее вкус, мягкий бархат ее рта. Или все это вместе, одновременно.
– О, бог мой!
Он тоже застонал и прислонился к ней, зажав ее между своим ноющим от желания телом и деревом. Давление на его мужское орудие доводило его до безумия. Когда поцелуй стал глубже, Сюзанна об него потерлась. И это еще сильнее сводило его с ума. Целуя ее, он ласкал ее плечо, верхнюю часть руки и медленно продвигался к ее завораживающим грудям. У него так и чесались руки ощутить их вес. Но он ее дразнил – и ее, и себя. Он продолжал исследовать ее тело, передвигая руку вниз, к талии, потом еще ниже. Боже, какие же у нее упругие ягодицы! Он сжал одну, и она поежилась.
Хотя ее рот околдовывал Эндрю, он жаждал большего. Он наклонил голову и стал покрывать поцелуями ее лицо, продвигаясь вдоль челюсти, потерся носом о ее щеку, потом поцеловал кожу под самым ухом. Ее аромат окутывал его, и у него кружилась голова. Она издала низкий грудной стон, погрузила пальцы в его волосы и обхватила его голову, удерживая на месте. Эндрю пытался сдержать улыбку, но не смог. Да! Может, она и борется с ним на каждом шагу, но она этого хочет. Она хочет его!
Не в силах больше сдерживаться, он накрыл рукой ее грудь и слегка сжал. В его ладонь уперся ее отвердевший сосок, он поежился. О да! Ее тело не лгало. Оно не могло лгать. Эндрю поднял голову и посмотрел в ее лицо. Веки Сюзанны отяжелели, губы были влажными, черты лица сделались резче. О, как же он хотел большего! Отчаянно жаждал. Но он хотел и другого: услышать, как она признается, что хочет того же самого.
– Ну, вы думали об этом? – прошептал он и погладил ее сосок подушечкой большого пальца. Она вздрогнула и издала низкий грудной звук.
– О чем?
– Представляли?
Он ущипнул ее сосок. Глаза Сюзанны заблестели. Она была готова к тому, чтобы это признать. И когда она открыла рот, чтобы заговорить, Эндрю охватил острый восторг: она собирается признаться. Сказать то, что он мечтал услышать. Что она тоже его хочет, хочет всего этого. А потом… а потом он ее возьмет. Здесь и сейчас. На лесной полянке.
– Мы… нам не следует это делать, – произнесла Сюзанна.
Ее голос дрожал и прозвучал неуверенно, как если бы она спрашивала его согласия, но Эндрю внутренне застонал от разочарования. Его охватила досада.
– Да, наверное, не следует, – ответил он.
Он снова уткнулся лицом в ее шею и легонько прикусил кожу. На это она ответила отнюдь не с дрожью и неуверенностью. Она впилась ногтями в его плечи и расцарапала кожу. Эндрю не был зеленым мальчишкой, у него уже были женщины, хотя с тех пор, как это было в последний раз, прошло много времени. Он тешил себя мыслью, что понимает женские души. И он знал, как истолковать реакцию женщины. Она его хотела, но не могла это признать. Что-то ее сдерживало. И хотя он до боли хотел услышать ее признание, он понимал, что с удовлетворением этого его желания придется подождать.
Сейчас Эндрю держал ее в объятиях, теплую, полную желания. Его охватила решимость. Удерживая ее взгляд, он стал собирать в кулак ткань ее юбки, подбираясь к подолу. Слава богу, что на ней была юбка, а не чертовы брюки! И вот наконец его пальцы коснулись ее бедер. Его охватил восторг, возбуждение и мучительная похоть.
Сюзанна вздрогнула.
– Велите мне остановиться.
Это был вызов. Если она скажет, чтобы он остановился, он это сделает. Но Эндрю не думал, что она это скажет. Ее губы приоткрылись, но из них не вырвалось ни звука.
Он прижал ладонь к ее коже, наслаждаясь ее теплом. Потом стал медленно перемещать руку выше, ближе и ближе к заветному месту.
– Велите мне остановиться.
И снова нет ответа, только ее ресницы слегка затрепетали. Его рука легла на бугорок между ее бедер, и он замер. Там было мягко и… влажно. От этого доказательства ее возбуждения его желание вспыхнуло еще сильнее. Губы могут лгать, но тело не лжет. Он нежно погладил ее, просто поддразнивая. Она резко втянула воздух сквозь зубы.