Сюзанна стала расстегивать брюки Эндрю, ее пальцы дрожали, но когда они сомкнулись вокруг его мужского достоинства, ее уверенность возросла. Что-то в его глазах, в том, как он застонал, дало ей понять, что он тоже этого хочет, что ему это нужно так же сильно, как ей. Да, возможно, завтра она об этом пожалеет, но сегодня ее голод был слишком острым, чтобы она могла его отрицать.
Сюзанна раздвинула ноги и приподнялась, предлагая Эндрю войти в нее. Его глаза сверкнули.
Когда его плоть скользнула внутрь, Сюзанна едва не потеряла голову, казалось, все ее нервные окончания кричали от восторга. Он нажал, постепенно входя глубже, наполняя и заполняя ее. Это было восхитительно. У Сюзанны мелькнула мысль: ну почему она ждала так долго?! Она подняла ноги, обхватила Эндрю за талию и притянула его ближе. Он одним уверенным толчком вошел до конца. Когда он надавил на особую точку глубоко внутри ее, все ее мышцы сжались. Чувствуя, как ее плоть смыкается вокруг его плоти, Эндрю застонал сквозь зубы, крепче схватил ее за бедра и резко из нее вышел.
Все в Сюзанне запротестовало против этого, она почувствовала внутри ужасную пустоту, но он не томил ее долго. Он снова вошел в нее, на этот раз еще глубже. Ее снова охватил трепет.
– Да! – пробормотала она. – Еще!
И он ее послушался. Эндрю двигал бедрами все быстрее, он врывался в нее с нарастающим неистовством. Сильнее, быстрее, плотнее… с каждым его выпадом ее наслаждение все нарастало и нарастало. У нее перехватывало дыхание, сердце билось часто, все тело горело внутренним огнем. Это было слишком… слишком остро, слишком изысканно. Сюзанна думала, что она этого не переживет, что она не сможет это вынести. Напряжение в ней усиливалось, сгущалось, угрожая лишить ее рассудка. Она крепко держала Эндрю, прижимая к себе. В неистовом стремлении еще сильнее его подстегнуть, она расцарапала ногтями его спину.
– Еще! – выдохнула она ему в ухо. – Я хочу больше!
И он дал ей больше. В маленьком полутемном помещении слышались удары плоти о плоть, их вздохи и стоны. Движения Эндрю стали резче и короче, его плоть полностью наполняла Сюзанну, с каждым толчком он возносил ее все выше и выше к небесам. Беспомощная, беззащитная перед натиском головокружительного, изысканного наслаждения, она сорвалась. Эндрю ненадолго от нее отстал, ее разрядка подтолкнула его собственную. В то время как ее плоть судорожно сжималась вокруг него, он запрокинул голову и прошептал: «Сюзанна!» И в нее излилось его семя, затопило ее восхитительным теплом.
Когда тело Эндрю перестало сотрясаться и мощные волны снизились до легкой ряби, он расслабился рядом с ней. Сквозь слои ткани – его туники и своего платья – Сюзанна чувствовала биение его сердца. Ей было приятно ощущать на себе вес его теплого тела. Сюзанна невольно подумала, что ей бы хотелось, чтобы их тела сплавились воедино, кожа к коже. Она поцеловала его в щеку, чувствуя, как его колючая щетина приятно царапает ее кожу, и вздохнула. Эндрю пробормотал что-то неразборчивое и откинулся назад, но она все еще обхватывала его талию своими ногами. Удерживала его внутри себя. Сюзанне не хотелось, чтобы это закончилось. Пока не хотелось. Их связь, их близость была слишком приятной, и она слишком долго была одна.
Эндрю усмехнулся и поднял голову.
– Я тебе говорил, что мы друг другу подходим.
– Я не спорила.
Он улыбнулся вызывающей улыбкой.
– В чем дело? – пробормотала Сюзанна, но в ее тоне прозвучала легкость, которой она не слышала в собственном голосе очень давно.
Он поднял руку и накрыл ее щеку, потом погладил большим пальцем ее губы.
– Просто… это первый раз, когда ты не стала мне возражать.
– Ну, уж нет, это неправда.
– Правда.
Сюзанна прищурилась.
– Ты пытаешься затеять ссору?
«Серьезно? В такой момент? Когда он все еще глубоко в ней?»
– Нет, – выпалил Эндрю. Потом повторил мягче, низким рокочущим голосом: – Нет. Я предпочитаю не ссориться, а заниматься вот этим.
Он коснулся губами ее губ, дразня ее. Потом втянул в рот ее нижнюю губу, и Сюзанна почувствовала, как в ней снова пробуждается желание. Возможно ли такое, что она все еще его хочет, даже после того, как он ее полностью удовлетворил? Но в действительности она тоже не хотела спорить. Не сейчас, когда держала его в своих объятиях. Не сейчас, когда его теплое тело прижималось к ее телу, а его язык ласкал ее шею. Да, она проявила слабость и сознавала это, но в этот момент ей было все равно.