– Я был… э-э… Сюзанна, что ты здесь делаешь?
– Мне нужно было тебя увидеть.
Она развязала накидку, сняла ее и повесила на спинку стула.
– Почему ты в накидке в помещении?
– Я прокралась тайком.
Он не мог удержаться от улыбки.
– Тайком?
– Да. Мне нужно было с тобой встретиться.
– Что случилось?
– Ничего. – Она улыбнулась, и улыбка была лукавой. Ага, вот, значит, как. – Мне необходимо было с тобой встретиться.
Боже, ему тоже необходимо было с ней встретиться. Но он не сгреб ее в объятия, как ему хотелось. Пока еще нет.
– А как же Изабелл?
По какой-то причине он не мог расслабиться, не удостоверившись, что с девочкой все в порядке.
– С Изабелл все хорошо, она спит. Сегодня ночью она захотела спать в своей комнате.
– Это обнадеживает.
– Да.
– Но нам нужно поставить у дверей охрану.
– Уже поставила. Даже двоих – одного из моих людей и одного из твоих.
Сюзанна шагнула в его объятия и запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в лицо и улыбнуться. Когда ее живот коснулся его паха, она нахмурилась и потерлась об него.
– Это еще что?
– А ты не знаешь?
– Понятия не имею. – Она сдвинула брови. – Почему он такой твердый?
Эндрю немного подумал, какие у него имеются варианты ответа с учетом интереса, горевшего в ее глазах, и решил, что стоит сказать правду.
– Я думал о тебе.
Сюзанна захлопала ресницами.
– Ты всегда возбуждаешься, когда думаешь обо мне?
– Обычно.
– Я хочу посмотреть.
Хотя Эндрю и возражал, она толкнула его в кресло у камина. Он плюхнулся на сиденье, а она встала на колени между его ног. Ему следовало ее остановить. На самом деле он даже собирался это сделать, но она взялась за застежку его брюк, расстегнула их и выпустила на свободу его мужское достоинство. А когда она взяла его в руки и стала поглаживать, словно изучая на ощупь, Эндрю обнаружил, что не в состоянии против этого возразить.
– Он очень твердый. – Она обвела пальцем головку и провела вдоль выступающей вены по всей его длине. – И очень нежный.
Она обхватила его рукой и осторожно, словно на пробу, сделала движение вверх-вниз.
– Ах, Сюзанна, лучше бы ты этого не делала, – пробормотал Эндрю.
Выражение энтузиазма на ее лице померкло.
– Тебе не нравится?
– Очень нравится, но я… Господи, не делай этого!
Она принялась щекотать его яички, он содрогнулся.
– Почему?
Эндрю взял ее за плечи, потом передумал и схватил за запястья.
– Потому что я думал о тебе, – сказал он многозначительно. – Некоторое время.
У нее расширились глаза, словно она не понимала, о чем он говорит. Он вздохнул.
– Разве твой муж иногда себя не трогал?
Сюзанна недоуменно заморгала.
– Я… я не знаю. – Она посмотрела на его пах. – Ты трогал себя?
Эндрю пропустил ее вопрос мимо ушей.
– Как это ты не знаешь?
Как жена могла не знать об этом? Особенно если они с Джилли спали в одной постели. Если они спали в одной постели. Эндрю, прищурившись, посмотрел на нее. Для женщины, которая была замужем, Сюзанна иногда казалась на удивление неосведомленной.
Она сжала зубы, снова взяла его в руки и вместо ответа повторила вопрос:
– Ты трогал себя?
– Да.
– Я хочу посмотреть.
Он в изумлении воззрился на нее.
– Сюзанна…
– Ну пожалуйста, Эндрю, покажи! Я хочу посмотреть.
Его шею залил жар. Эндрю не был уверен, было ли это от смущения или от желания. Да и имело ли это хоть какое-то значение.
– Сюзанна, я хочу заняться с тобой любовью.
– Сначала покажи, как ты себя трогаешь.
Он вздохнул.
– Если я покажу, этим все может и закончиться. Я буду не способен заняться с тобой любовью. А я бы предпочел тебя любить.
Сюзанна фыркнула.
– У тебя что, совсем нет выдержки?
Он фыркнул в ответ:
– Нет. – С ней у него не было выдержки. – Ты очень красивая женщина, и рядом с тобой я теряю всякий контроль над собой.
Она изогнула губы.
– Я уверена, ты сумеешь сдержаться.
– Не знаю, откуда ты набралась этой глупой уверенности во мне.
– Просто покажи мне совсем немного.
– Ну, хорошо.
Он закрыл глаза, потому что если бы он еще и смотрел на нее, это бы точно привело к катастрофе, и начал тереть свое орудие. Медленно, потому что если бы он двигал рукой быстро, он бы не выдержал. Вдруг самого кончика его мужского орудия коснулось что-то очень легкое и теплое. Он поморщился, потом открыл глаза и ахнул: «Нет! Боже, нет, пожалуйста!» Этим «что-то» оказалось теплое и влажное дыхание Сюзанны. Ее рот сомкнулся вокруг его стержня. Эндрю втянул воздух сквозь зубы, его глаза сами собой закрылись, голова откинулась назад. Она стала сосать его плоть, и на него обрушились одновременно рай и ад.