ул у кровати. - Боишься? - Юнги обнажает свои зубы в хищной ухмылке, его ловкие пальцы одну за другой расстегивают мелкие пуговки на белой рубашке, открывая взору бледную кожу груди и плоского живота. Расстегнув рубашку полностью, Юн забирается на кровать и нависает над дрожащим под ним телом. - Не бойся, - звучит шепот с хрипотцой. - Тебе понравится. Юнги впивается в чуть приоткрытые влажные губы Чимина, которыми невозможно насытиться. Углубляя поцелуй, Юн проникает языком в горячую сладость, и ее хочется испить до дна, захлебнуться в ней, опьянеть без надежд на протрезвление. Чимин стонет в поцелуй, чувствуя, как его покидает разум, оставляя после себя только первобытные инстинкты. Просунув руки в полы распахнутой рубашки, Чим обвивает ими талию Юнги, притягивая его ближе, от чего чувствует на себе его возбуждение. Это сводит с ума. Юнги сводит его с ума. От недостатка кислорода кружится голова, и Юн, нежно куснув младшего за нижнюю губу, отрывается от него, тяжело дыша. Нуждаясь в Чимине больше, чем в воздухе, он, не успев отдышаться, спускается вниз по шее, оставляя на пульсирующей коже влажные следы. Нащупав конец больничной рубашки Чимина, Юн, привстав, снимает мешающую ткань через голову и припадает губами к выпирающим ключицам. Желая попробовать на вкус каждый сантиметр его кожи, Юнги ощущает в своих волосах пальцы Чимина, слышит его глубокое дыхание, прерываемое чувственными стонами. Кажется, что температура в палате достигла своего предела, сгорая в смешанном их прерывистым дыханием воздухе, они забыли все: где они, что было вчера и что будет завтра. На устах лишь имена друг друга, и это самое дорогое, что есть у них сейчас. Приподнявшись, Юнги снимает с себя рубашку, кидая ее куда-то во мрак комнаты, неотрывно наблюдая за разгоряченным Чимином под ним. Его волосы разметались по простыне, алые от поцелуев губы приоткрыты, грудь высоко вздымается в частых вдохах, и не хватит слов для того, чтобы описать все чувства Юнги от представшей перед ним картины. Не стерпев вида голого торса, Чимин поднялся к стоящему на коленях Юнги и приник поцелуем к его груди, языком обводя чувствительный бугорок соска. Руки младшего нашли пряжку ремня на его брюках, и пальцы вслепую, ловко принялись за дело. Переполненный наслаждением, Юнги откинул голову назад и мягко схватился за волосы младшего, когда почувствовал, как Чимин, расстегнув ширинку, стянул брюки вниз. От происходящего ни одной внятной мысли в голове, лишь закипающая в крови животная страсть и похоть. Ощутив свободу от теперь единственной преграды в виде боксер, Юнги несдержанно застонал, когда Чимин обхватил своими пальцами его твердую плоть. Оттянув младшего за волосы назад, Юн запрокинул его лицо кверху и прижался к мягким губам Чимина, который все продолжал водить рукой по его восставшему возбуждению, от чего Юнги сдавленно простонал ему в губы. Все внутри горело, казалось, что каждая клеточка тела стала распадаться на атомы, перенасыщенная страстью. Схватив Чимина за плечи, старший отодвинул его от себя и вынудил лечь. - Юнги... сейчас. Хочу тебя в себе сейчас, - развязно шепчет Чимин, глядя на него затуманенными глазами. - Тш-ш, - Юнги наклонился к нему в коротком поцелуе и слез с кровати. Сняв полностью с себя брюки, Юн помог Чимину стянуть с себя больничные штаны. Подойдя вплотную к кровати, Юнги склонился над младшим и, рисуя губами на впалом животе узоры, спускался все ниже, упоенный тонким голосом, выдыхающего его имя. Добравшись до желанного места, Юнги поднял глаза к Чимину. - Боже, Юнги. О, не... о-ох, - протяжно простонал Чим, почувствовав на своей плоти его губы. Расфокусированным взглядом Чимин улавливал движение темной макушки внизу и, не в силах сдерживать срывающиеся из уст стоны, запустил свои пальцы в густые волосы Юнги. От такого Чимина, выгибающегося дугой на кровати, от его сжимающихся пальцев в волосах, Юнги достиг пика своего желания и, подавшись вверх, приник к его губам глубоким поцелуем. - Такой сладкий, - с придыханием прошептал Юн, чувствуя, как руки Чимина обнимают его за шею. Глядя в глаза Чимина, Юнги приложил пальцы к своим губам и провел по ним влажным языком. Просунув между ними руку, он коснулся узкого кольца мышц и медленно ввел в него два пальца, растягивая упругие стенки. Чимин шумно выдохнул и, не прерывая зрительную связь, прикусил нижнюю губу. - Хочешь меня? - спрашивает Юн, продолжая поступательными движениями растягивать младшего. Чимин, поддавшись бедрами навстречу Юнги, утвердительно кивнул. - Вслух, - потребовал старший, вводя в него уже три пальца, на что Чимин, вскрикнув, выгнулся в спине. - Хочу тебя, - на выдохе отвечает Чим. Большего ему и не надо. Расплавляя Чимина взглядом, Юнги плавно входит в него до основания и, стараясь не сорваться, дает младшему привыкнуть к нему. От долгожданной заполненности, Чимин тает в своем запредельном наслаждении, жадно хватая воздух ртом. Он игнорирует легкие неприятные ощущения и нетерпеливо подается тазом ближе к Юнги. - Двигайся, Юнги, прошу, - простонал Чимин, уткнувшись старшему в ключицы, обнял его за поясницу. Не заставив Чимина долго ждать, Юнги выпускает из узды вырывающуюся страсть и начинает ритмично двигаться, сходя с ума от того, как в нем тесно и горячо. При каждом своем толчке Юнги задевает чувствительную точку внутри Чимина, выбивая из него громкие стоны с обрывками воздуха, приближая его к кульминации. В завершении Чимин протяжно стонет, откинувшись на простыни в экстазе, изливается себе на живот, пачкая в теплой жидкости их обоих. Через пару резких толчков кончает и Юнги, наполняя младшего своим семенем, он топит свой полурык в шее Чимина, все еще пребывающего в пучине накрывшего его оргазма. Спустя нескольких глубоких вдохов, Юнги приподнимается на локтях и озабоченно разглядывает тяжело дышащего Чимина, губы которого застыли в слабой улыбке. Не в силах произнести и слово, Юн гладит младшего по влажным волосам и стирает ладонями мелкие бусинки пота с его лба. - Я тебя не вижу, - придя в себя, шепчет Чимин и улыбается, обхватив руками лицо Юнги. И ему совсем не страшно, чтобы не произошло сейчас, ничто не омрачит эти минуты счастья. - Это я, - уверяет его доктор. - Твой чертов Мин Юнги, - перехватив руку на своей щеке, целует Чимина в раскрытую ладонь. - Ты этого никогда не забудешь, да? - смущенно рассмеялся Чим. - Не забуду, - мягко улыбаясь, отвечает Юнги. - Никогда.