– Довольно, – вмешался Бэрронс. – Вы передали послание, а теперь исчезните, пока мы не решили, что вы зашли на чужую территорию.
Блейд поднял глаза и улыбнулся.
– Ага, но вы-то в моей вотчине, не я тут чужак.
Толпа взревела, а с ринга послышалось бульканье умирающего. Колчестер пытался не дышать, на воротнике появилась тонкая кровавая линия.
Блейд еще немного поглядел Бэрронсу прямо в глаза, затем отступил.
Колчестер вздохнул, сплюнул и попытался подняться.
– Сукин ты сын!
Бэрронс схватил спутника за руку и заставил снова опуститься.
– Сядьте! Люди смотрят.
– Так пусть смотрят, как я прикончу эту чертову дворнягу! – возразил Колчестер.
Дебни осмотрелся.
– Только не здесь.
Колчестер прищурился и с ненавистью зыркнул на Блейда.
– Ты за это заплатишь!
Тот пожал плечами.
– Ага, но у тебя для этого кишка тонка!
Вдруг что-то в толпе привлекло внимание Бэрронса. Его глаза расширились, а затем он слишком поспешно отвел взгляд.
Блейд перекинул ногу через перила и посмотрел, что такого тот заметил в море людей. Через толпу шла Онория, едва узнаваемая в угольно-серой шерстяной шали, накинутой на голову. Она двигалась по пятам за Уиллом, который прокладывал дорогу к ложе господина.
Бэрронс снова скучающе оглядел толпу, но на секунду дольше задержал взгляд на девушке. Он знал ее достаточно хорошо, чтобы вычислить, лишь скользнув взглядом по лицу. И голубокровный не хотел, чтобы кто-нибудь это понял.
Откуда? Блейд стиснул перила, чувствуя в себе что-то жестокое. Это суровое и первобытное существо хотело вырвать у голубокровного глотку. Кто ей Бэрронс – друг или любовник? Почему скрыл их знакомство? Если они с Колчестером приятели, Бэрронс бы привлек его внимание, а тот мог притащить беглянку к Викерсу и получить солидное вознаграждение.
«Через мой труп».
Блейд холодно улыбнулся:
– Приятного вечера, жентльмены. Седня пользуйтесь моим гостеприимством. Однако на вашем месте, больше бы я сюды не заявлялся. Бывайте.
Он насмешливо отсалютовал и спрыгнул с перил.
Пробираясь через толпу, Блейд сунул руки глубоко в карманы. Он сейчас свернет ей шею! И Уиллу за то, что привел ее сюда. Каким местом они думали?
Блейд схватил Онорию за руку, как только они дошли до лестницы в его ложу. Беглянка вскрикнула, но, увидев, кто ее схватил, прикрыла рот рукой и выдохнула:
– Блейд.
Уилл быстро обернулся, а заметив ярость в напряженном теле господина, отшатнулся. Блейд толкнул к нему Онорию:
– Уведи ее отсюды! Живей!
Она врезалась в бок Уилла, а Блейд прошел мимо, вроде как игнорируя парочку, и прошипел:
– Отведи ее домой. И проследи, чтоб не было хвоста.
– Что происходит? – спросила Онория.
Блейд мрачно искоса посмотрел на нее:
– Тут за мной присматривает тройка из Эшелона. Иди с Уиллом и не нервируй парнишку. Я вернусь, как только от них избавлюсь.
Онория побледнела.
– Что они тут делают?
– Обожают кровавый спорт. А теперь марш отсюда.
Если кто-то за ним и наблюдал, они не осмелятся связываться с Уиллом. Любой голубокровный понимал, что значат желтые глаза и чего ждать от крепкого парнишки. Вервульфен в ярости берсерка способен в одиночку расправиться с шестью голубокровными. Поэтому их почти истребили в Англии или держали в клетках Эшелону на потеху.
Как Блейд и подозревал, Бэрронс наблюдал за ним, сложив руки на груди. И, послав врагу леденящую улыбку, одними губами сказал «Моя», зная, что этот голубокровный может читать по губам.
* * *
Онория, стиснув кулачки, сидела в гостиной. Уилл помешивал угли, а человек по имени Дровосек катал по полу большой клубок пряжи рядом с Ларк, пытаясь развлечь огромного тринадцатикилограммового кота, который лениво постукивал лапой. Несмотря на мрачную внешность, мужчина по-детски улыбался. Девчушка прижалась к его плечу и устало моргнула.
Дверь распахнулась, и вошел Блейд. Онория напряглась.
Ярость на его лице сменило обычное холодное безразличие. Он щелкнул пальцами, привлекая внимания Ларк и Дровосека.
– Вон! – И обвел взглядом всех, включая Уилла. – Ларк пора баиньки, а вам двоим – на крыши. Туман настолько густой, шо по нему можно ходить. За мной, вроде б то не следили, но с ними никогда не знаешь наверняка. Этих ублюдков не учуять!
Уилл отвернулся от камина.