Огромным усилием воли молодой человек воздержался от грозящего продолжения дискуссии, растянувшейся на долгие месяцы. «Хочешь воспитывать – купи собаку», - таким был фундамент позиции Даши в отношениях, и ее энергия и напор аргументов нередко заставляли его чувствовать себя виноватым. Сильную, самостоятельную, активную личность тиранит мелкий собственник и ревнивец. Прямо сюжет для женского форума или интернет-статьи за авторством какого-нибудь захудалого психолога. Однако и отступить Денис не мог: ни бросить предмет вожделения твердой рукой подальше от заповедной поляны, ни смириться с ролью будущего мужа-работяги и тюфяка при амбициозной супруге.
Когда-то, в одной художественной книге, Денис вычитал умные слова, общий смысл которых сводился к тому, что вовсе не нужно искать путь, ведущий к победе. Нужно сделать так, чтобы к победе вели все пути. Ему же удалось создать ситуацию с точностью до наоборот – абсолютно все пути его отношений вели к непробиваемым тупикам. Но сейчас он просто обязан был отвлечься от личных вопросов, чтобы не погрязнуть в неурядицах еще больше. Сердито скомкав конец разговора, молодой человек поспешил навстречу новым проблемам.
Семисоттысячный город бормотал и вскрикивал множеством звуков всех оттенков и настроений. Он весело напевал популярной мелодией из колонок торговых центров, требовательно гудел клаксонами машин, смеялся трансляциями юмористических телешоу, и пронзительно взвизгивал тревожными сиренами спецсигналов. Наступил полдень – и на проезжих улицах все плотнее становились автомобильные заторы, а пешеходы, раздраженные мелким дождем, сновали нахохлившимися воробьями, и перебегали дороги в любой зоне видимости, не обращая внимание на наличие или отсутствие регламентированной правилами «зебры». Оттого отведенные Денису на возвращение полчаса превратились в восемьдесят нервных минут, неустанно сверяемых по часам. Разумеется, это не улучшило настроения начальства.
Невысокое серое здание одного из двух корпусов государственного учреждения, в котором работал молодой человек, располагалось поблизости с железобетонным заводом и заброшенными строениями каких-то полузабытых организаций. Второй корпус был административным, а территория огорожена старым каменным забором высотой в полтора человеческих роста. Скудость пейзажа скрашивали только две березы средних лет с увядшей совсем не волшебной-осенней листвой темно-бурого цвета – возможное следствие техногенного воздействия на остатки здешней природы.
Бросив машину на единственном свободном месте у мусорных контейнеров (старенький «рено» протестующе скрипнул от резкого торможения), Денис поспешил укрыться от ненужных взоров за складским помещением по соседству с белоствольными деревьями. И вскоре дым от дешевой сигареты призрачной струйкой поднялся ввысь, растворяясь во влажном воздухе над его головой.
Едкая отрава помогала успокоиться и отвлечься от ненужного, сосредоточившись на главном. Хотя, наверное, это и правда являлось самовнушением, как говорили в антитабачной рекламе. Если Шерлок Холмс и не расставался с трубкой, то еще более уважаемый (за психологический подход вопреки практическому дедуктивному) любителем книг детективного жанра сыщик Эркюль Пуаро никак не связывал курение с работой серых клеточек мозга. Правда, сейчас Денису было все равно – пусть будет хотя бы самовнушение. Лучше, чем ничего – собственных сил привести нервы в порядок у него не хватало. Но откладывать неизбежное больше не имело смысла, и молодой человек, спрятав затушенный окурок в ворохе сырых листьев, направился «на ковер» к директору.
Перед друзьями и знакомыми Денис называл место своей работы просто Учреждение, старательно избегая дальнейших уточнений. Он немного стеснялся своего не слишком статусного положения и весьма среднего дохода (заметную часть денег на жизнь до сих пор приходилось брать у отца). Однако ничего лучше за последние четыре года подобрать для себя не смог. Работа делопроизводителя так же не была пределом мечтаний для молодого человека, к тому же, за некоторые нарушения документации и сроков предусматривались серьезные штрафы. Оттого директор и сидел насупившись, уже прознав про некоторые ошибки, допущенные своим невнимательным сотрудником. Юрий Владимирович, одутловатый мужчина пятидесяти лет с глубокими залысинами, был немного одышлив, вспыльчив, и все время находился в состоянии легкого раздражения. Человек по сути не злой, он понимал, что провинности Дениса – всего лишь мальчишеская безалаберность. Однако министерство давно копала под неудобного руководителя, и с каждой новой атакой сварливый нрав директора все больше давал о себе знать.