Под бодрый стук оживившегося на одной из сосен дятла, некстати принявшегося долбить кору в такой поздний час, подполковник сухо и, по возможности, коротко, обрисовал суть поставленной задачи и последовательность жестких действий. Он уже получил дополнительные данные о поселке, и спроектировал различные варианты развития событий, при изменении каких-либо факторов. Главным оставалось одно.
- Я не собираюсь бездумно жертвовать твоими людьми, - уже не в первый раз раздраженно повторял Антонов сверлящей его взглядом командующей, - Если ведьма все же и решится атаковать – а я знаю, что этого не будет! – они вправе уничтожить ее на месте.
- Один миг промедления может стоить жизней половине группы! – бешено проговорила Карцева сквозь стиснутые зубы.
Позволить себе орать она все-таки не могла. Хотя ей явно очень хотелось: капитан пользовалась огромным уважением среди рядового состава именно за свою заботу о вверенных ей бойцах. Это было верным признаком превосходного командира.
- Но такую возможность нельзя упускать! Риск – неотъемлемая часть нашей службы. Мы все не раз находились в шаге от смерти.
- Оправданный риск! Я готова пожертвовать и собственной жизнью, но не ради твоей теории, высосанной из бульварного любовного романа!
Как и любой офицер или солдат, капитан была обязана выполнять приказы. Но сейчас у Карцевой был один козырь. Она, как-никак, была «высокопоставленного рода». Суровый генерал не трясся над жизнью своенравной и строптивой дочери, но у всего есть свои пределы.
- Ведь начальство еще ничего не знает о твоей бредовой идее? - прошипела командирша, - Примитивный ход – «победителей не судят». Но я имею право связаться с высшим руководством и собственным отцом.
Подполковник, едва удержавшись от резкой отповеди, заставил себя еще раз попытаться силой убеждения добиться понимания у рассерженной командующей.
- Ты плохо слушала меня. Ведьму больше не поймать в ловушку на месте гибели. Она освободилась! Тебе и твоим солдатам придется атаковать в слепую.
Не так уж и сложна была бы при обычных обстоятельствах работа подразделения. Огонь ослабляет силы фейри и может погубить ее. Точно определив место перерождения ведьмы, оставалось только окружить ее обитель пламенем, и ждать, пока она проявит себя в плотном окружении бойцов. Риск человеческих потерь среди военных становился минимальным. Но захватить предмет вожделения баньши, и чувствовать, как, сокрытая тенями, она парит где-то рядом, готовая в любую секунду начать убивать…
- Это лишь часть твоих домыслов!
Антонов вздохнул, доставая собственный козырь:
- Не моих. Крис, это теория профессора Савельникова. И он в ней полностью уверен.
Тимур отметил, что это имя, видимо, много значило для Карцевой. Она все еще пыхтела от недовольства, но уже не разжимая очерченных татуажем губ.
- Я собираюсь доставить юношу прямо к нему. Только Александр Евгеньевич в точности знает, как, и может создать лучшие условия для контакта с баньши. Он много лет ждал подобного шанса.
Командующая сцепила зубы и упрямо молчала. Вдалеке по трассе прогрохотала груженая фура, и воцарилась тишина. Даже неуемный дятел прервал свое занятие, как будто вслушивался в странные споры людей. Только поскрипывали сосны-исполины, пряча за ребрами своих стволов сердце мудрого леса.
Наконец, Карцева капитулировала с сердитым выдохом.
- Ему я поверю.
Подполковник удовлетворенно и облегченно кивнул, а Карцева тут же вернулась к командованию своим отрядом. Ее отрывистые приказы резали слух, высокий «хвост» рассекал ночь взмахами маршальского жезла, и вышколенные солдаты вытягивались в струну.
- Вопросы есть? – рыкнула капитан после нескольких жестких указаний, и, не дожидаясь ответа, четко распорядилась, - Всем вернуться в транспорт! Выдвигаемся на задание!
Отточенные движения военных внушали уверенность. Тимур, садясь вслед за Антоновым в салон «лексуса», осмелел от происходящего, и не удержался от замечания:
- У вашего капитана строгий характер