Роман Андреевич скрипнул зубами, но проявил честность:
- Потому что она права. Я действительно подвергаю большой опасности ее людей. А уровень смертности в боевых группах Отдела и без того достаточно высокий. Но ты ведь не боишься?
- Мертвой ведьмы, убивающей холодом? Да нет, как вы могли подумать, - едко ответил молодой человек, но следователь остался удовлетворенным его выстраданной насмешкой.
Антонов и Тимур на машине подполковника снова возглавили кортеж. Роскошный блеск кузова успел померкнуть пока седан рассекал в непогоду мутные лужи, но здесь широкая дорога была сухой: похоже небо пролилось дождем только над городом. Впереди, в небе над холмами, даже ненадолго выглянула огромная луна. Сегодня ее лик был особенно мертвенен и величественен, разливая трупную эссенцию своего призрачного света из прорехи в тоскливой завесе туч.
Колонна набрала скорость, и Тимур вновь почувствовал, как растет его напряжение с каждым километром и поворотом, что приближали к месту, где завершится эта мрачная и неправдоподобная история. Дурные, болезненные мысли кружили как дикие звери вокруг огня. Каждая минута молчания словно гасила пламя, и темнота с волчьими голосами подбиралась ближе. Отгонять наползающие страхи Тимур решил проверенным с детства способом – заставить мозг работать логически.
- Но как она убивает? И почему тела в таком состоянии?
Роман Андреевич ответил охотно, поощряя любопытство эксперта
- Прикосновение баньши становится смертельным, как только она того пожелает. Но фейри умеют убивать и заклятием, на расстоянии – именно так погибли двое мужчин в автомобиле. При этом, вторая реальность ведьмы чрезвычайно зависима от эмоционального фона. В момент перерождения она так страдает от избытка чувств, что укрывается в вечном холоде от той боли, которую они ей причинили. Создает очаг, обжигающий не огнем, а морозом. И вот, бескровная сущность баньши уже по своей природе становится холоднее льда. А ее призрачная плоть - проводником мощного потока рвущейся наружу магической силы, стремящейся обратить все вокруг в свою духовную среду обитания.
- Сколько же лет она жила – нет, не жила, а существовала – в коконе своего горя, - пробормотал Тимур.
- Баньши бессмертны, и боль тех из них, кто покинул мир живых в давние времена, может длиться бессчетные века. Цинично, но правильно будет считать ее юной. Пока она еще не научилась петь.
- Не научилась что…?!
- Петь, - нехотя повторил подполковник
Он, подобно охотнику на привале, с удовольствием вспоминал опасные и даже жестокие эпизоды из своей долгой службы в Особом Отделе. Но не любил ворошить воспоминания, в которых испытывал что-то иное, кроме азарта расследования и противостояния с необычным противником.
- В сказаниях упоминается некий крик баньши, якобы предвещающий смерть. Но это – просто страшилка для детей. На самом же деле, некоторые фейри умеют петь – и пение их настолько прекрасно, насколько может звучать глас, свободный от сладострастных пороков, недугов плоти и разума и алчных желаний. Это песня самой души, и никому из людей при жизни не сотворить даже малой части подобного искусства.
Тимур слегка помассировал виски, разгоняя туман в голове. Для него не остался незамеченным новый переход следователя от лекционного тона к художественному. Молодой человек был неравнодушен к красивым голосам, и подумал, что если уж ему придется окончательно поверить в мертвых ведьм, то это их умение лучше, чем омерзительные, визгливые вопли, о которых пишут в книгах.
- Хорошего мало, - остудил свои эпитеты Роман Андреевич, - Потому что пение баньши есть переплетение бесчисленных заклятий, квинтессенция их силы. Оно способно обращать землю в ледяную пустыню, побороть природу от вершин до глубоких недр, и погубить в ней все живое. На такую оперу нам с тобой не нужны билеты в партер, - подытожил Антонов.
Молодой человек поколебался, но все же высказал вслух то, что и так было ясно без всяких слов:
- Так вам доводилось сталкиваться с подобным? - полуутвердительно произнес он, стараясь, чтобы это не прозвучала слишком назойливо.
- Да. Много лет назад, при других обстоятельствах и в другой стране. В тот день наша встреча закончилась «вничью». Учитывая некоторые особенности международных отношений, от меня не потребовали иного результата. Было принято решение оставить фейри проблемой тех, на чьей земле она находилась. Насколько мне известно, те места все еще считаются «недобрыми», а значит…, - он махнул рукой, выражая отношения к бесполезным внутренним органам некоего государства, - Но эта песнь… Это было чем-то за гранью понимания… Больше всего я хотел бы услышать ее снова. И меньше всего – чтобы мое желание исполнилось.