Как наполняется однажды всякий сосуд, так есть и предел вместимости в человеческих душах. Среди пришедших к месту трагедии прокатился простуженный кашель, медленно стали затихать ноты печали и неулыбчивые беседы, и толпа у памятника стала редеть. Первыми покинули собрание сочувствующие и любопытные, за ними постепенно отбывали родственники погибших, которых через четыре часа ждала поминальная трапеза. Большую часть оставшихся составляли уцелевшие в ту злополучную ночь. Даша будто переживала заново миг решимости и возмездия, когда они так же стояли вокруг опустевшего дома, ставшего склепом для их близких, и укрывшим в своих стенах юношу в объятиях ведьмы. Многие из выживших по собственной воле теперь приучали себя к мысли, что разъяренный дух был лишь плодом больного воображения, что все случившееся – жестокая выдумка одурманенного алкоголем разума. Но девушка не собиралась забывать правду ради душевного покоя. Не дыхание смерти и безотчетный, всепожирающий страх, что погружает в бездну мистических тайн, хотела помнить она. А тот единственный миг, когда было повержено зло, а его жертвы отомщены. В карих глазах плеснуло тёмной волной угрюмой, выстраданной… радости. Да, она имела право на это чувство. Оглядывая руины в жемчужных бусах бледных свечных огней, Сорокина мысленно воскликнула: «Ведь мы победили!». Сломленные, отравленные колдовством и ужасом, беззащитные перед чарами ведьмы, они одержали верх над этой отвратительной тварью, явившейся из какого-то проклятого мира. Нельзя! Нельзя забывать!
Поглощенная своими мыслями девушка сурово сдвинула чернёные брови, и ненадолго перестала замечать людей вокруг себя. Непалов успел привыкнуть к свойству своей любовницы изредка впадать в мрачный ступор, не реагируя на внешние раздражители. В такие моменты он не играл в заботу и не надоедал глупыми вопросами о самочувствии, а предоставлял «статуе» оживать самой, когда ей заблагорассудится. Правда, начиная замерзать на сыром морозном воздухе, он уже хотел поступиться вежливостью – если бы не отвлекся на неожиданно яркое пятно посреди царящего уныния.
- Вы, наверное, Даша? Даша Сорокина? – опередила Виктора незнакомая гостья, потревожив его любовницу.
Приятный голос принадлежал девушке без возраста в коротком пальто цвета «индиго» (дурацкое название однажды слетело со страницы разглядываемого в безделье женского журнала, и нагло въелось в память Непалова) с завитыми в кудряшки волосами сумасшедшего морковного оттенка. Она вынырнула со стороны покосившихся сараев соседнего участка, и так быстро и уверенно преодолела расстояние до собравшихся, что большинство не успели удивиться прибывшей без приглашения незнакомке.
Вздрогнув, Даша повернула голову, и окинула неприязненным взглядом юркую девицу. Но оказалось, что сердиться на эту канарейку (как тут же обозвала её про себя Сорокина) было непросто. Совершенно нетипичные черты подвижного, смышленого лица обладали мощной притягательностью, и сразу располагали к себе собеседника. Изогнутые «луком Амура» губы не умели молчать, чуть широковатые скулы придавали чувственности, приправленной перчинками веснушек.
- Интернет-издание «Первый новостной», - прощебетала канарейка, тщательно стараясь не выдавать привычной улыбки, - я блоггер и журналистка, веду рубрику о загадочных и трагических событиях, неосвещенных для общественности, - тараторила девушка, посекундно оборачиваясь на стоявших в зоне слышимости мужчин.
- Мы-то уже надеялись, что из вашей братии никто так и не появится, - буркнул Виктор, которому она хитрыми глазами больше напоминала лисицу, - Люди тут не для интервью собрались.
- Пожалуйста, поверьте, я все понимаю. И очень-очень соболезную всем вам, кто потерял близких и друзей в связи с этим кошмарным происшествием, - с придыханием поспешила убедить его репортерша, - Я всего лишь получила задание выполнить здесь свою работу, - извиняющимся тоном добавила она, взмахнув длинными ресницами, - Всего несколько минут вашего времени позволит мне подготовить материал о пожаре…
Тут она на секунду запнулась, и этим тут же воспользовался Сергей:
- … на Хэллоуин, - уверенно закончил он, - Еще один громкий заголовок для «желтухи».
Создавалось впечатление, что она уже пробежалась по поселку с корзинкой для свежих сплетен, очень уж её стойка напоминала охотничью – совсем не так выглядят журналисты, сосланные в провинцию для подготовки статьи о простом пожаре с погибшими. Смотрела она предельно вежливо, но смело и беззастенчиво, с дотошным любопытством. Цветастым пером, случайно упавшим на стылую землю, девушка не оскорбила скорби, но разбавила её мутные воды. Правда, готовности к интервью ни Сорокины и Непалов, ни подтянувшиеся на пятно яркого цвета Селиванов и Тамара с супругом, не выказывали.