– Расскажешь, как тебя угораздило согласиться на связующий ретуал? – спросил дроу.
– На нас напали аранхи, кто-то крикнул «нас спасёт маг крови», а дальше я действовала на автомате.
Мужчина задумался, сверля меня серьёзным взглядом:
– В моём замке ты будешь в безопасности и вампир тебя не достанет даже по крови.
– Я дала слово! – воскликнула.
Дроу вскочил:
– Кому!? Вампиру? Пойми, он не твой питомец, твоей крови ему будет мало. Он будет убивать. Хотя ходят слухи, что в цитадели живут люди. Вампиры закрылись. Война за власть уменьшила их численность на треть и новые Главы стали осторожничать. Морис один из них. То, что он послал кого-то убить тебя, говорит о многом. Тот, кого ты воскресила, более опасен и Морис его боится. А ритуал сделает его сильнее. Значит, пока не появиться вампир, сидишь тихо и не высовываешься. Поняла?
– Поняла. Я и не собиралась. Забыл, я ранена!
– Нет, не забыл, – дроу подошел ближе. – Давай посмотрим, – не спрашивая, стал разматывать повязку. – Так я и думал.
Скривилась, шрам выглядел некрасиво, но ни опухоли, ни красноты не было.
– Не переживай, завтра совсем исчезнет, – его пальцы гладили след нежно, трепетно. Он стоял близко, а его лицом было совсем рядом. Он смотрел на меня, а следила за его пальцами. Его тёплое дыхание касалось моих губ. Повернись и они соприкоснутся. И я повернулась. Позволила ему словить моё дыхание, завладеть губами, окунуть себя в океан ощущений. Его пальцы зарылись в мои волосы на затылке, лаская и прижимая сильнее.
В голове появился образ Тилы. И стоило мне вырваться из захвата рук и губ Илинури, она вошла в комнату. Застыв на пороге, девушка переводила взгляд с меня на дроу. И вид полуголого мужчины заставил её покраснеть. Я замерла в шоке. Взгляд Тилы на дроу мне не понравился, и я резко повернулась к нему. Он почувствовал изменения в моём настроении, быстро встал и накинул халат. А я расслабленно выдохнула?! Чёрт! Нет! Нет! Нет!
– Тебе стоит позавтракать, – сообщил этот наглец, устраиваясь в одно из кресел у стола.
Я встала и, накинув халат, отправилась в ванну. В голове же крутились всё те же мысли: «Не может быть! Я не могу ревновать дроу, у которого ДВЕ! Любовницы! Нет! Нет! Нет! Это всё его поцелуи».
Открыв дверь, я остановилась и стала наблюдать за дроу. Он намазывал тост маслом, улыбаясь своим мыслям. Его волосы рассыпались по плечам халата. Мужчины выглядел по-домашнему мило и соблазнительно, что мне захотелось сесть к нему на колени и продолжить с поцелуя. Бред! Встряхнула головой и села напротив. Огорчилась, похоже, Мирша знала, что я не одна.
– Остынет, – напомнил дроу.
Принялась за еду, бросая взгляды в сторону Илинури и пытаясь разобраться в своих чувствах.
– Когда ты дралась с вампиршей, я понял, что ты мне кого-то напоминаешь.
– Кого, – подавилась я. «Дралась» – это не то слово, характеризующее мои неумелые удары. Я просто старалась отбить её меч и не сдохнуть.
– Меня! – хохотнул он.
А я подавилась чаем. Мужчина привстал и любезно хлопнул по спине.
– Благодарю. Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
– Ты напомнила мне меня, когда я только учился владеть мечом. А под моим чутким руководством, ты овладеешь мечом и подтвердишь мои предположения.
– Какие?
– Мои, – закончил он не только разговор, но и завтрак, – приводи себя в порядок и спускайся вниз, – подошел к ошарашенной мне и, чмокнув в нос, покинул мою комнату.
«Жесть!», подумала, уставившись на закрытую дверь.
Глава двадцать вторая. Воспоминания. (без редактуры)
Лестат (вампир, маг крови)
Силы наполняли меня, но медленно. Я был словно в тумане, да ещё и образы воспоминаний людей, чью кровь вливал в меня Силестин, не давали сосредоточиться. Напрягся, ощутив магию Мориса, но вынырнуть из картин чужой жизни так и не смог. Спокойный разговор, мужские пальцы на руке, острый ноготь на мгновенье вошел под кожу и забытьё.
– Лестат, – тихо позвал друг.
Но этого было достаточно, чтобы проснуться. Сел и поднёс правую кисть к глазам, стал рассматривать кожу.
– Морис был здесь? – спросил Силестина, но тот лишь удивлённо посмотрел на меня.
– Нет, с чего ты взял?
Я не ответил. Вернулся к руке. Кожа стала гладкой, были видны прожилки вен, по которым текла теперь уже моя кровь. И никакого следа.