– Зачем это Творцу? – встрепенулся Леонс.
– Может прихоть, а может что-то похуже.
Было над чем задуматься. Лиаса, как и все женщины непредсказуема, а с имеющейся властью в руках очень опасна, да и фантазия Творца слишком часто для мира заканчивалась крахом.
– Что будет с Таниэль?
– Пока она не проснётся нечего сказать нельзя. От дроу она получила магию камня и владение иллюзиями.
– Оставим девочку в покое, пусть отдыхает. Нам необходимо устранить Мориса, не знаю, что он увидел вовремя ритуала, но где он находится сейчас, неизвестно.
Глава подошел к столу, капля крови растеклась по его гладкой поверхности и вверх поднялась трехмерная проекция Цитадели.
– Здесь его нет, – Глава махнул рукой, и наземные этажи крепости растворились дымкой. – Вот эта часть подземелья нас интересует. Я уверен, что где-то среди коридоров, заполненных тьмой, прячется Морис. И он что-то скрывает, – Глава замолчал. Поднявшись, стал ходить из угла в угол по кабинету. – Я был занят расследованием твоей гибели и …, – Лорентин сильно сжал кулаки, – и твоей пятёрки. Но никаких следов. Мы даже не смогли обнаружить место, где вы погибли. Все следы обрывались на границе Лайрсвила. Я был вынужден вернуться в Цитадель и заняться делами, первое время не обращая внимания на единичные случаи пропажи людей, мало ли кто из вампиров увлёкся. Но когда исчезли члены делегации из Вельгурии, забеспокоился. Поиски ничего не дали, но мы обнаружили в подвалах тьму. Её невозможно уничтожить, и я не могу увидеть, что она скрывает. С появлением тьмы, сила Мориса возросла, а среди его приближенных появились вампиры, чьи возможности поражают, в боевой форме кожа крепче, чем у демонов. Чтобы победить Мориса, надо узнать все его тайны. В ближайшее время он будет ожидать нападения, поэтому следует немного подождать.
Я заскрежетал зубами в несогласии с таким решением.
– Знаю, что тебя такой расклад не устраивает, Лестат, но тебя очень долго не было. Мой совет, займись своими людьми, проверь их боевую готовность, присмотрись ко всем, уверен, что среди нас есть предатель, а скорее всего не один. Я же соберу в Цитадели больше наших сторонников.
Глава прав и как бы я не хотел отомстить, надо было подготовиться. А ещё помнил о нежной, страстной некромантке, что крепко спала в моей постели.
Эльнай Иксам Фисаруил (эльф, целитель и маг воды)
Глубоко вздохнул, набирая полную грудь родного воздуха. Коехтас перенёсся прямо к дому, а я не мог не приклонить колено Древу. Каждый раз, когда в моей жизни происходили важные события, я приходил к нему, благодарил. Слушал, как листва шумит, словно переговариваясь, как журчит ручей среди корней, радуясь встрече. Все печали и заботы уходили на второй план, оставляя умиротворение.
Приложил руки к стволу дерева, которое видело рождение первых светлых этого мира. Слился сознанием, надеясь, что в душе наступит покой, но мысли об одной некромантке не желали покидать голову. Где она сейчас? Чем занимается? Впрочем, кем занята я знал точно. Одно имя «Лестат» вызывало бурю в душе и жажду убийства. Знать, что его руки касаются её тела, было невыносимо. Упёрся лбом, чувствуя, как всё тяжелее держать магию под контролем.
– Я знала, что найду тебя здесь, – раздался сзади нежный голос Коры. Она подошла ближе и, положив руки на плечи, провела вниз по спине. – Ты слишком напряжен, Эльнай, расслабься и не верь слухам.
Усмехнувшись, отодвинулся от Древа и Кора быстро обошла меня и спиной прислонилась к стволу. Красива, как всегда, волосы цвета заката, убраны в сложную причёску, но несколько выбившихся локонов спускались от виска вдоль лебединой шеи и притягивали взгляд к груди. Слишком открытое платье для конца Становления, похоже, накидку Кора бросила где-то рядом, и всё это великолепие решила преподнести мне. Оценивающе окинул взглядом предложенное тело. Корруалия прижалась ко мне бёдрами, приглашая к действию. А Таниэль бы засмущалась, и такой красноречивый взгляд её бы разозлил, хотя я никогда бы не оскорбил её подобным образом. Но передо мной стояла другая, совсем другая женщина. И ради неё я отказался от той, которую, возможно в данный момент, ласкают руки вампира. От представленной картины кровь забурлила гневом и яростью. Схватив Кору за волосы, впился в губы жестким поцелуем, наказывая её за своё решение. Грубо вторгался в рот языком, надеясь, что оттолкнёт, но она лишь сильнее прижалась бёдрами, распаляя меня. Сжал грудь, намеренно причиняя боль, а услышав сладострастный стон Коры, разозлился ещё больше. Не её хотел обнимать и целовать.