– Чего молчишь? Такой сложный вопрос? – хмыкнул наставник, увидев мое замешательство.
Мужчина стоял близко и говорил негромко. Слышать нас мог разве что Монтего. И все равно я чувствовала себя ужасно неловко. Я-то думала, что Астон Шейн не станет никому рассказывать о наших ночных приключениях. Но оказалась неправа…
– Да не тушуйся ты. Мне до ваших интрижек дела нет. Ты мне скажи только, Шейн сам гарпию разбудил?
Ах, вот он о чем…
– Да, сам.
– С первой попытки?
– Вроде да. По крайней мере, руны вспыхнули все сразу.
– Ясно. Ладно. Хотя я бы предпочел более опытного… свидетеля. – Наставник мазнул по мне взглядом и махнул рукой. – Ладно, свободны. Идите куда вы там шли.
Капитан быстро зашагал прочь. Монтего же стоял на месте, словно прирос ногами к земле.
– Значит, гарпию будили… – глубокомысленно произнес парень. Серые глаза по-прежнему смотрели недобро. Даже осуждающе как-то. А я все никак не могла взять в толк, что его так задело? – Дойти до корпуса целителей она времени не нашла. Зато по крышам лазить – это пожалуйста…
– Тебя забыла спросить! – огрызнулась я. Да какое он вообще имеет право диктовать мне, что делать, а что нет?
Монтего недовольно дернул щекой. Хотел было что-то ответить, даже воздух втянул сквозь стиснутые зубы. Но вдруг резко передумал и отвернулся.
– Пошли, – бросил мне через плечо и устремился к корпусу целителей.
Благо хоть шаг сбавил, так что теперь можно было не бежать, а спокойно идти следом. Под конвоем старшекурсника я дошла до входа в приземистое, облицованное натуральным камнем здание. Оставив меня у дверей, Скай, не прощаясь, ушел по своим делам. Я же вздохнула с облегчением. Почему-то в присутствии парня я чувствовала себя неуютно. И в голову то и дело лезла подлая мыслишка, что он захочет проконтролировать, как идет процесс моего лечения. Слава Всевышнему, этого не произошло. И, оставив позади все сомнения, я решительно толкнула тяжелую деревянную створку и ступила под гостеприимные своды зеленого факультета.
Учебный корпус целителей разительно отличался от здания загонщиков. В центральном холле раскинулась самая настоящая оранжерея. В круглых, походящих на листья лотоса чашах росли удивительные растения: крохотные карликовые деревца, лекарственные травы, цветы, красующиеся яркими упругими бутонами и пушистыми соцветиями. А в одной из чаш мерцала призрачным зеленым светом настоящая грибница.
Здесь даже пахло по-особенному. Воздух наполняли ароматы трав и влажной земли. Неподалеку журчал крохотный рукотворный водопад, сложенный из толстых алдуковых стеблей. Вода капала в круглую каменную чашу, а из нее тонким ручейком стекала прямо на пол и уходила в небольшое отверстие между плитами.
– Эй, осторожнее! – шикнул на меня пробегающий мимо парень.
Я поглядела под ноги и отпрянула. Прямо по каменной плитке стелился ковер из пушистого мха. А чуть дальше, у основания чаш, торчали из земли фосфоресцирующие шляпки древесных огневок и буро-фиолетовых паутинников. Чуть зазеваешься и наступишь, только и успевай смотреть под ноги.
Я отступила в безопасную зону и озадаченно огляделась. Студенты в зеленой форме юрко петляли между чаш, каким-то непостижимым образом умудряясь не задевать буйную растительность. Видимо, сказывался опыт. А вот мне следовало проявить осторожность. К тому же я совершенно не представляла, куда идти. Следовало найти дежурного лекаря или кого-то в этом духе. Но вот где находится его кабинет, мне никто не объяснил. Я уже хотела обратиться за помощью к студенту, опрыскивающему тонкие стебельки в одной из чаш, как меня саму окликнул знакомый голос.
– Эй, Изабель!
Я оглянулась и заметила спешащую ко мне Мару. Я не видела кудрявую целительницу с самого дня зачисления и сейчас несказанно обрадовалась встрече. Судя по светящейся счастьем мордашке, знакомая тоже была рада меня видеть.
– С ума сойти! Ты в форме загонщиков! – Мара обошла меня по кругу, рассматривая со всех сторон. – И сидит как влитая! Никогда бы не подумала, что ты выберешь этих чокнутых.
– Ну, не такие уж они и чокнутые, – усмехнулась я. – Хотя некоторым не мешало бы поучиться хорошим манерам.
– Не жалеешь? – хитро прищурившись, спросила целительница.
Я отрицательно качнула головой.
Глупо жалеть. Все равно уже ничего не исправишь. Да и не представляла я себя на другом факультете. Уже не представляла.