— Я знаю, — вздохнула Тэмми. Она ждала, когда он продолжит.
— Король сказал, «если он выберет ее, я выберу другую».
Ей не нужно было спрашивать, кого имел в виду король. Если бы Лео выбрал ее, Максимус не позволил бы им пожениться. Но Габриэль понятия не имел, что здесь поставлено на карту. Тэмми нужно было выйти замуж за Лео, чтобы предотвратить войну. Она должна была выиграть отбор. Другого выбора не было.
Тэмми больше не хотела выпивать.
— Мне нужно идти, — сказала она. — Каспен ждет меня.
— На его члене.
За это Тэмми хорошенько пихнула Габриэля в бок.
Она выскользнула из бара и быстро зашагала по деревенским улицам. Она планировала задержаться во «Всаднике» гораздо дольше, возможно, пропустить стаканчик-другой. Но после этой новости она хотела только видеть Каспена — только хотела найти утешение в его объятиях.
Он ждал ее в пещере.
Тэмми сразу же почувствовала, что ее тянет к нему, как будто в ней проснулась сторона василиска в тот момент, когда он оказался рядом. Она задавалась вопросом, чувствовал ли Каспен то же самое, потому что он притянул ее к себе в поцелуе таком настойчивом, что у нее хватило дыхания.
Ты готова снова измениться?
Тэмми поцеловала его в ответ. Повторный переход означал секс, а она всегда была к этому готова.
Да.
Поцелуй длился еще мгновение, прежде чем Каспен взял ее за руку и потянул в темноту коридора.
Они едва успели пройти десять футов, когда это случилось.
Сначала она ничего не почувствовала, только легкий свист воздуха, когда кто-то появился перед ними. Было так темно, что она даже не могла разглядеть, кто это. Каспен рядом с ней напрягся.
Затем ее голова взорвалась болью.
Глава 31
Тэмми никогда раньше не испытывала подобной ментальной атаки. Она обрушилась на нее со всех сторон, пронзая каждую клеточку мозга и кромсая разум с жестокой настойчивостью. Рядом с собой она услышала крик Каспена и поняла, что он переживает похожее нападение.
Дураки. Вы оба.
Голос принадлежал Роу.
Его окутал дым. Тэмми увидела только яркую вспышку чего-то острого, прежде чем Каспен издал сдавленный стон боли, схватившись руками за шею. Между его пальцами сочилась темно-красная кровь.
— Каспен! — закричала она.
Присутствие Роу ворвалось в сознание Тэмми, сокрушая ее с мучительной силой. Она попыталась захлопнуть дверь между ними — отрезать коридор, по которому он мог добраться до нее, но Роу был слишком силен. У него было больше столетий практики обращения с дарами, дарованными василискам. Тэмми упала на колени, сдаваясь нападению.
Затем до нее донесся голос Каспена, полный агонии.
Изменись, Тэмми. Сделай это сейчас.
Но Тэмми не могла. Она была слишком новичком и испытывала сильную боль. Ментальная атака Роу калечила ее, лишая возможности доступа к силе, которой Каспен лишь недавно научил ее владеть.
Мне больно, Каспен.
Я знаю, Тэмми.
Паника сдавила ей грудь. Голос Каспена был слабым, как будто он был где-то далеко. Атака Роу застала его врасплох, и теперь они оба были уязвимы. Тэмми потянулась к нему, пытаясь притянуть ближе.
Чья-то рука схватила ее. Но это был не Каспен.
Глупая девчонка. Отвратительная и тупорылая. Думала, что за твои действия не будет последствий?
Тэмми не могла ответить. В любом случае, в этом не было смысла. Хватка Роу усилилась, его пальцы сжали кожу вокруг ее запястья.
Ты маленькая шлюшка.
Так же назвал ее Джонатан, — проверенное временем оскорбление, которое мужчины бросали женщинам, которых они не могли контролировать.
Тэмми ударилась спиной о твердый каменный пол, когда Роу яростно отшвырнул ее в сторону. Мгновение спустя тело Каспена рухнуло на землю рядом с ней. Она повернула голову, чтобы посмотреть на него, и ее сердце чуть не остановилось от того, что она увидела. Кровь хлестала из раны на его шее, стекая по груди ужасными струйками. Он не исцелялся. Возможно, не мог.
Она никогда раньше не видела Каспена таким — сломленным и испытывающим боль. Тэмми видела, как у нее в хозяйстве умирало много животных. Она знала, как это выглядит, когда кто-то проходит точку невозврата.
— Каспен, — прошептала она тем, что осталось от ее голоса. — Крестуй меня.
Нет.
Это слово громом отозвалось в ее голове.
Да, — она настаивала. Это единственный способ.