Дома мы давно постарались обезопасить гиперпредприимчивых непосед всеми возможными способами. К стенам были приколочены и прикручены все шкафы, телевизор и тумба. Полки в них тоже намертво закреплены. Острые углы обклеены защитными приспособлениями. Все опасное прячем на антресолях или под замком. Вазы исключительно из пластика, часть посуды тоже. В холодильнике всегда имеется лед. Аптечка укомплектована на все возможные случаи.
Ангелина и Милана моя полная противоположность. Я в детстве была спокойным и послушным ребенком. Меня не одолевала неуемная жажда приключений, не имелось желания забраться под потолок, надеть на голову горшок, забросить на люстру куклу, а потом лезть за ней, соорудив башню из стульев. Я не пыталась раскачаться, держась за полку, устроить каток в комнате с помощью растительного масла, поиграть в снежки летом, конечно же из муки или стирального порошка, нарисовать радугу во всю стену, распотрошить подушку, впечатлившись сказкой «Морозко», засунуть в стиральную машину дедушкины очки с часами, чтобы почистить, а потом молчать, пока все «глаза». Мне даже в голову не приходила мысль, спрятать яйцо в шкафу, ожидая цыплёнка, а жуткую вонь оправдать тем, что яйцо описалось от страха, так как оно одно. Вывод, ему нужен товарищ. Жизнь не казалась мне унылой и скучной без ежедневного доведения родителей до нервного тика. Мной действительно умилялись и считали сущим ангелом. Меня подобные мысли посещали только в роддоме, когда Ангелина и Милана лежали в кувезах и во время их сна днем или ночью. В остальное время я держу ухо востро, не спускаю с них глаз и стараюсь предугадать все мысли дочерей наперед.
Глава 6. Иван
- Ну и что ты устроил в больнице? – спросил Арсений, пройдя в кабинет.
- И тебе добрый вечер, братишка, – нехотя оторвал взгляд от экрана компьютера.
- А он добрый? – слегка дернул бровью, устраиваясь в кожаном кресле и закидывая нога на ногу. – Что произошло? Ты зачем девушку обидел?
- Я обидел? – искренне изумился претензии брата.
- Ну не я же.
- Эту мелкую пигалицу фиг обидишь. Ты бы слышал, как она со мной разговаривала.
- Нашего Казанову задело, что хоть одна барышня не поддалась его обаянию и не пала к ногам? – ухмыльнулся Арсений.
- Прекрати. Это не смешно, – с осуждением посмотрел на него.
- Согласен, совсем не смешно, – тоже стал серьезным. – От твоих выходок выть хочется.
- Так повой.
- Ты сейчас огребешь. Ты меня знаешь, я не посмотрю, что ты в кресле, – предупреждающе произнес брат.
- Давай, – развел руками. – Что тебя останавливает?
- Мама, – чуть повысил голос Арс. – Если бы не она, я давно тебе навалял. Ты достал вести себя, как капризная, избалованная девчонка. Ты давно не ребенок. Сколько это будет продолжаться?
- Вот и мне интересно, как долго вы будете издеваться надо мной? Смиритесь уже! – я тоже повысил голос.
- Иван, ты дал слово. Не забывай о нем, – гораздо спокойнее, но не менее твердо произнес он. – Можешь, хоть раз поступить, как взрослый, ответственный сын?
- Именно это я и делаю. Именно по этой причине я сегодня мотался черт знает куда и зачем.
- Брат, я тебя прошу, подумай о маме. Она на приведение стала похожа. Ей и так плохо после смерти отца. Мы с тобой и Олежка - все, кто у нее остался. Я понимаю, ты устал бороться, но и маму я тоже хорошо понимаю. Сам ради сына в лепешку расшибусь. Его здоровье, счастье и благополучие для меня стоят на первом месте. Понадобится, жизнь свою отдам, не колеблясь ни секунды.
- Я думаю о ней. Но я действительно на пределе. Я устал. Она скоро меня по гадалкам и повитухам возить начнет. Арс, всему есть предел. Ей пора успокоится, смириться.
- А как она может успокоиться, если видит своего сына несчастным? Не в коляске дело, а в твоем образе жизни. Ты ведешь себя, как затворник. Дай волю, ты закроешься в этом кабинете навечно, похоронишь себя в его стенах. Скажи, когда ты в последний раз улыбался, смеялся? Когда в кафе или ресторан выбирался? А в гости?
- С чего мне улыбаться и веселиться? Живу я нормально, в соответствии со своими возможностями.
- Это далеко не так. Ты в компании вообще не появляешься. Все совещания проводишь отсюда. Иван, я не резиновый. Я не могу быть везде и всюду. Наш с Димоном бизнес также требует моего участия. Кроме того, у меня есть сын и беременная жена. Но я вынужден взвалить на себя большую часть дел в семейной компании, так как ты постоянно пытаешься самоустраниться. И ладно бы только это, ты мне и с мамой выдохнуть не даешь. Я без конца мотаюсь сюда, чтобы успокоить ее, вправить тебе мозги.