- Ни капли не успокоил. Если девочки – дочки Вани, а это скорее всего так, я сама себя не прощу.
- Вареник, не накручивай себя раньше времени. Кроме того, я знаю отличный способ побороть чувство вины.
- Какой?
- Работа над ошибками.
- Легко сказать... – пробубнила она. – Прости, что взвалила на тебя свои проблемы. Тебе сейчас совсем не до них. Вам своих хлопот хватает.
Я наклонился вперед и накрыл руку Вари своей ладонью.
- Мы семья. У нас не может быть твоих или моих проблем. Все общее.
- И все же…
- Вареник, не кисни, – припомнил шутливое высказывание из нашего детства. – Справимся. И от свадебной суеты ты меня ничуть не отвлекаешь. Всем занимаются специальные люди и подруги Софии.
После встречи с Варей дорога в офис показалась мне невыносимо длинной. Каждый шаг отдавался тяжестью в груди. Я медлил перед дверью кабинета Арсения, не решаясь войти – впервые за все годы нашей дружбы.
Он сидел за столом, сосредоточенно изучая документы. Луч закатного солнца золотил его темные волосы, и на мгновение мне вспомнился тот самый хулиганистый парень, с которым мы когда-то пропадали на стройке у реки. Теперь передо мной был успешный бизнесмен, муж моей сестры, человек, которому я доверял как самому себе.
Арс поднял голову, и его глаза, такие же голубые, как у Вани, но в тоже время другие, встретились с моими. В них читалось привычное тепло, наша братская привязанность, что скрепляла нас двадцать лет.
- Что-то случилось? – спросил он, и в его голосе я услышал ту самую ноту, которая всегда заставляла меня раскрывать душу. Но сейчас язык будто онемел.
Как сказать человеку, что ты, возможно, скрывал от него правду о его родном брате? Как посмотреть в глаза тому, кто всегда был со мной честен до конца?
Я отвернулся к окну, где за стеклом начинали мерцать вечерние огни.
- Просто устал, – соврал впервые за всю нашу дружбу. И этот маленький обман жёг мне горло горче самого крепкого виски.
Пояснение:
* Арсений - брат главного героя данной книги.
* Варя - жена Арсения.
* Дмитрий - брат Варвары, компаньон по бизнесу и друг Арсения.
Эта книга не требует знакомства с другими работами цикла – она идеально читается как отдельное произведение. Но если вы захотите познакомиться с Дмитрием, Арсением и Варей ближе, приглашаю вас в бесплатную книгу "Новогодний поцелуй". А историю Димы вы найдёте в романе "Таинственный поцелуй".
Глава 1. Иван
- Постараюсь говорить на понятном вам языке. Я полностью согласен с мнением остальных врачей – Иван Петрович здоров. Наши европейские коллеги все сделали верно. Операции проведены великолепно, спинной мозг не задет, – говорил Тимофей Григорьевич, переводя взгляд с мамы на меня и обратно к ней. – Причина кроется в голове.
«Еще один эскулап, пытающийся скрыть свою некомпетентность. Конечно, проще списать проблему на пациента, чем признать свое бессилие», - хмыкаю мысленно, устремляя свой взор к стеллажу, на котором расположены многочисленные дипломы, сертификаты и прочая дребедень. Уверен, все они поддельные или получены незаслуженно.
- Но у него даже чувствительность отсутствует, – расстроенно произносит мама. Она возлагала на этого врача огромные надежды. Впрочем, как на каждого из тех, которых мы посещали до него. А их за семь с лишним лет мы повидали не мало.
- Все верно. Мозг Ивана Петровича ее блокирует, не реагирует на внешние раздражители.
«Интересно, их в институте обучают подобным отмазкам? Слишком уж одинаковые речи они произносят», - рассуждаю в своих мыслях.
В голове моей дело, в отсутствии желания... Как же. Их послушать, так я именно этого и хочу. Прям желаю всем сердцем. Мечтаю. Просыпаюсь по утрам и первое, о чем думаю: «Хоть бы срастись с инвалидным креслом до конца дней своих». Засыпая, смотрю в окно, ищу падающую звезду и загадываю желание, вновь не чувствовать нижнюю половину тела, когда взойдет солнце.
«Господи, мама, куда ты меня привезла? Ты совсем свихнулась со своей жаждой меня вылечить. И чем дальше, тем печальнее. Цепочка пугающая. Движемся по убыванию: Европа, врачи столицы, теперь область. И ладно бы что-то нормальное, но нет, захудалая больничка с обшарпанными стенами. Что дальше? Потащишь в захолустье к повитухе? Когда ты уже смиришься, что я до конца жизни привязан к этому чертову креслу?» - обращаюсь к ней безмолвно.