- Очухался? – спросила, когда я задышал нормально.
Ничего не ответив, одарил ее гневным взглядом.
- Отлично. Теперь разворачивайся и вали отсюда, – кивнула в сторону двери.
- Что?! – прохрипел я. Голос вернулся, просто я вновь шокирован наглостью заносчивой девицы. Согласен, был неправ, не сдержался, но и она далеко не ангел. Сама меня спровоцировала.
- У тебя и со слухом проблемы? Повторяю, пошел вон отсюда! – произнесла громко и четко.
- Какого черта?
- Такого! Я помогаю тем, кто этого хочет. Ты отнял мое обеденное время, мой законный перерыв. Но время своих пациентов я тебе забрать не позволю. Вали в свои частные клиники, где с тобой будут сюсюкаться и, улыбаясь, терпеть хамство. А сюда дорогу забудь.
Только сейчас я обращаю внимание на то, что медсестра разговаривает со мной на «ты». Впрочем, как и я с ней. Но признавать ее правоту не собираюсь. Не тот случай. Не тот статус.
- Не боишься, что заставлю пожалеть о своем поведении? – рычу предупреждающе.
В ответ слышу усмешку, похожую на хрюканье.
- И что ты сделаешь? – упирает руки в бока. – К папочке за помощью побежишь? Вперед! – машет рукой и возвращает ее на талию. – Беги, поплачься у него на плече. Он обязательно вытрет твои сопли и…
- Заткнись! – кричу на весь кабинет.
Мой голос, словно пудовые камни, с грохотом отскакивает от стен, летит в противоположную сторону и вновь ударяется. Светлое помещение в голубых тонах мгновенно окрашивается в красный цвет.
- Вера! Выйди на минуту! – слышу строгий голос Тимофея Георгиевича справа.
Мерзавка опускает руки, выдыхает и направляется к двери, напоследок кинув в меня презрительный взгляд. Я понимаю ее посыл. В глазах хамки я выгляжу мелкой букашкой, склизким червем.
Глава 3. Вера
В свой перерыв на обед оставила помещение проветриваться и отправилась в сестринскую к Тамаре. Разогрев наши судочки, мы устроились за столом. Света пришла, когда обед был в самом разгаре. Я успела съесть только половину.
- Верчик, там к тебе пациент, – сообщила она.
- Так рано еще, – взглянув на часы, ответила ей. – Игнат Степанович должен к двум приехать.
- Это другой пациент, – подошла ко мне и протянула карту с назначением. – Тимофей Григорьевич попросил принять вне очереди.
- Ясно, – произнесла я, накрыв крышкой контейнер с обедом, и забрала тоненькую карту.
- Пациент из столицы, при деньгах и связях, – улыбаясь нам с Томой, сказала Света. – Личный водитель, он же помощник, костюмчик от Версаче, золотые часы на руке и все такое.
- Принесла же нелегкая, – обронила я, поднимаясь со стула. – Тамусик, уберешь мою миску в холодильник?
- Конечно. Не беспокойся.
- Спасибки, – улыбнулась подруге и послала ей воздушный поцелуй.
Идя по коридору в свои владения, перевернула первый лист с данными о пациенте и сразу устремила взор к назначениям. Мне было не важно кто он, откуда и сколько лет, меня волновали только фронт работ и время, которое займет пациент. Через полчаса прибудет Игнат Степанович, мне нужно распределить нагрузку, чтобы внезапное появление нового пациента не отразилось на лечении обоих.
Читая назначение, вошла в кабинет. Мне немного не понравилось то, что мужчина не подождал меня в коридоре, а вторгся в помещение. Но, если учитывать слова Светы о финансовом положении пациента, для него подобное поведение вполне логично.
- Добрый день, – приветливо произнесла я и оторвала взгляд от листа с назначением.
Мужчина сидел в инвалидном кресле спиной к двери. Отчего-то его затылок, положение и разворот плеч показались мне знакомыми. Стоило пациенту Тимофея Григорьевича повернуться ко мне лицом, как приветливая улыбка моментально исчезла, а в сердце появилась резкая боль, будто в него вонзили копье, отлитое из льда. Холод быстро распространялся по телу. В инвалидном кресле сидел Ваня.
«Что с тобой случилось?» - спросила в своих мыслях некогда любимого человека. Я была сильно ошарашена, поэтому открыть рот, чтобы озвучить свой вопрос вслух, не смогла.
Я моментально пожалела о том, что не прочла первый лист карты. Если бы я это сделала, то хоть немного успела морально подготовиться к встрече, к тому, что увижу. От растерянности я совершенно забыла, как он со мной поступил, сколько страданий доставил. К счастью, Ваня быстро привел меня в чувства.