Рун изогнул шею, чтобы бросить на Карлинг скептический взгляд.
— И дать тебе что-то мое, чтобы ты могла навести заклинание во время одного из своих стервозных припадков?
Она невинно захлопала ресницами.
— Я никогда не использовала бы подарок для каких-то заклинаний.
Грифон сузил свои невероятные львиные глаза.
— На лгунишке горят штанишки, — промурлыкал он.
Карлинг расхохоталась, признавая:
— Возможно, немного опалился подол, — часть ее была в шоке от того, что она способна смеяться, что они достигли такого уровня взаимопонимания в столь короткий промежуток времени.
Она аккуратно поправила перо и Рун сначала засиял, а потом снова перекинулся в человека. Вер сидел на земле со скрещенными ногами, а ее руки оказались на его широком плече. Рун был все тем же существом. Невероятная Сила все еще ревела под ее пальцами. Его загорелая кожа излучала жар. Все цвета, присущие его Вер форме сверкали прядками в его волосах.
Карлинг не была готова прекратить касаться его только потому, что он решил сменить форму. Она зарылась в его растрепанные волосы, спадающие до плеч, пробегая пальцами по всей длине, чтобы разобрать спутанные пряди.
— Ты что, никогда не расчесываешь этот беспорядок? — проворчала она. Волосы были великолепны, хотя Карлинг не хотела произносить это вслух. И так было плохо, что она чуть не проговорилась и не назвала его грифонью форму ошеломляющей. — И все ли твои джинсы должны быть протерты до дыр?
— Когда я вернусь в город, то только ради тебя куплю новые джинсы, — Рун повернулся лицом к ее руке и закрыл глаза. Карлинг закусила губу и позволила себе и дальше прикасаться к нему, ее пальцы пробежались по этим живым, точеным чертам лица, которые были настолько прекрасны, что заболело в груди.
— Я напугана, — проговорила она. Слова сами слетели с языка, а потом еще и еще. — Раньше я не позволяла себе что-то чувствовать. Я пришла к тому, что приняла все, что должно случиться, и была готова к этому, но теперь я снова всё чувствую. Этих чувств слишком много и мне на самом деле очень, очень страшно.
Его руки обняли ее, пока она говорила. Рун тянул ее к себе, до тех пор, пока Карлинг не оказалась на его коленях. Чародейка помнила, как идеально ее голова помещалась в ямке между его шеей и плечом и снова уткнулась туда. Мужчина поддерживал ее всем своим телом, одной рукой обхватив ее голову. В окружении его силы Карлинг чувствовала себя странно. Какой-то хрупкой, защищенной. Одна из ее рук обернулась вокруг его шеи и Чародейка осознала, что прижимается к этому мужчине.
— Все нормально, — проговорил он так, что на мгновение Карлинг подумала, что он будет говорить дурацкие банальности. — Это нормально — быть напуганной. То, что происходит, по правде, страшная штука.
— Я бы лучше столкнулась с монстрами, — пробормотала Вампиресса, уткнувшись лицом в теплую кожу на его шее и вдохнула чистый, мужской запах. — Монстры понятные. А тут все так сложно.
— Ты права, — прошептал Рун, немного покачивая ее.
Снова появились странные новые чувства, которые он пробудил в ней — будто все заслоны и барьеры внутри нее исчезли. И хотя кафтан закрывал ее до лодыжек, Карлинг ощутила себя обнаженной, выставленной на показ.
— Не знаю, как справиться с мыслью, что мои воспоминания меняются, — выдохнула она. — Даже тогда, когда я потеряла всё и всех, я всегда знала, что могу положиться на себя. Теперь я даже этого не имею. Не знаю, на что полагаться.
— Положись на меня, — проговорил Рун. Он прижался губами к тонкой коже ее виска. — Послушай меня. Я не жалею, что спас тебя от порки или что попытался поправить тот ужасный момент, но я глубоко сожалею, что сделал это, не задумываясь о реальных последствиях. Тем не менее, я не верю, что ты в своей сущности изменилась. Ты же понимаешь, что вещи должны меняться, если хочешь выжить, верно?
Она кивнула.
— Ты могла бы принять ситуацию и позволить изменениям случаться.
— Измениться или умереть? — спросила Карлинг.
— Да. Измениться или умереть.
— Ты, наверное, заметил, я не очень-то хорошо сдаюсь на волю обстоятельств, — проговорила она сухо.
— Да, так же, как и я, — вздохнув, Рун помолчал. — Ты сама решила стать Вампиром или тебя обернули против воли?
Она вздрогнула. Карлинг не узнавала себя, что сейчас прижималась к груди Руна.
— Сама. Вообще-то, до меня дошли слухи, и я начала искать, — ответила она.