Рун затих. Карлинг ждала, наблюдая за его стопором.
— Что? — Подтолкнула она.
Словно по щелчку, он вернулся назад оттуда, куда он там уходил, фокусируя на ней свой проницательный взгляд.
— Она всегда путалась во временах, — сказал он. — Прошлое, настоящее и будущее.
— Путалась во временах? — Карлинг втянула воздух. Он схватил ее за руки. — Что если Вампиризм, действительно, начался с нее? Может, она тоже страдала от подобных эпизодов, — прошептала она.
— Не стоит слишком на это надеяться, — пробормотал он мягко. — Ее мозг словно пребывал в непрерывной борьбе, да и в любом случае, сейчас ее, скорее всего, и в живых-то нет.
Вампиресса кивнула, хотя он не был уверен, насколько, в действительности, она сосредоточена.
— Мы должны попытаться выяснить, что с ней случилось.
— Да, — сказал он. Она отняла руку, и Рун отступил назад, давая ей пройти. Карлинг прошагала назад в главную комнату коттеджа, и он последовал за ней, наблюдая, как грациозно покачиваются ее бедра, и в тоже время исследовал странную местность, в которой они оказались. — Насчет второй идеи, о которой я упомянул. Я хочу проконсультироваться кое с кем насчет всего этого, если ты не возражаешь.
Карлинг положила свиток на стол и собрала несколько вещей с соседней полки, пару подсвечников, вместе с пустой мраморной ступкой и толкушкой. Она снова развернула свиток и положила вещи по краям, чтобы он не сворачивался. Затем уселась в своем кресле, чтобы изучить древний пергамент в лучах заходящего Солнца, с таким интересом, будто кто-то другой набросал его.
— Я не против, если ты думаешь, что это поможет, — произнесла она. — Пока этот кое-кто сможет хранить молчание.
— Она патологоанатом и медуза, — сказал Рун. Он устроился на прежнем месте, откинувшись на стол рядом с ней. — Поэтому у нее есть определенная точка зрения, которая, мне кажется, может быть полезна.
Это привлекло внимание Карлинг. Она подняла взгляд.
— Ты говоришь о том судмедэксперте из Чикаго, который проводил вскрытия тех, кто напал на Ниниэн?
— Это она, — сказал Рун. — Доктор Серемела Телемар.
— Я читала ее отчеты о вскрытии. Она вполне компетентна. — Ее мысли вернулись к сегодняшним событиям, когда она вернулась из очередного эпизода и кое-что вспомнила. — Почему ты искал свой ножик? — спросила она.
Он откинулся на руки и дернул ногой.
— Я потерял его, — ответил он.
— Я отчетливо помню, как ты отрезал бечевку и сунул его в карман, — сказала она ему.
— Я потерял его не тогда, — ответил он. — А когда оказался в твоих воспоминаниях, я отдал его жрецу Акилу.
— Я не знала, — вздохнула она.
— Ты и не должна была. Я сказал ему держать это в секрете ото всех. — Рун посмотрел на нее задумчивым взглядом. — Я вижу здесь два варианта. И первый заключается в том, что все произошедшее было самостоятельным, и мы изменили лишь твою реальность, и, поверь мне, это уже само по себе является эпохальным.
Она вытянула руки на столе по обеим сторонам свитка.
— Ты еще будешь мне рассказывать, — пробормотала она. — Теоретически, это могло бы произойти. Некоторые заклинания срабатывают благодаря вере во что-то, особенно это касается иллюзий. Таким способом даже можно убить, стоит очень сильно в это поверить.
Рун окинул Карлинг задумчивым взглядом, но не стал прерывать ее размышления.
— Это означает, если поверить в реальность происходящего, то, теоретически, можно получить силу изменить себя и в физическом плане, я правильно понял? — спросил он. Карлинг кивнула. — Может, это изменило и меня. — Продолжил Грифон. — Не могу избавиться от ощущения, что то, через что я прошел, было очень реальным. Важно помнить, что это происходит с нами обоими. Просто для меня события протекают более линейно.
— Но ты не получал никаких физических травм ни в одном из эпизодов, как я, — пробормотала она.
— Поэтому есть еще один вариант, — сказал он. — И не стоит придавать ему большое значение. Мы могли изменить истинное прошлое, и чтобы это выяснить, надо проверить, повлияли ли мы на что-то кроме нас.
Она изучать его лицо.
— Ты думаешь, что правда смог вернуться в прошлое?
— Не знаю, — ответил Рун. — Мы уже видели такие временные сдвиги в перекрестных коридорах и Других землях. Теоретически, время должно замедляться, когда кто-то перемещается быстрее. Время — абсолютно непостоянное явление, и мы знаем, что Вселенная должна саморегулироваться, чтобы не происходили вот такие парадоксы. Может быть, мы до сих пор сталкивались с несинхронизированным проскальзыванием, которое я воспринимаю как путешествие в прошлое. Парадоксы не могут случаться. Вселенная саморегулируется. Она изгибается, как живой организм, поглощающий аномалии и приспосабливающийся к ним. В неё встроен автоматический защитным механизм. Считалось, что никто не может изменить ход истории, даже боги. Если Вселенная не могла вместить событие, то и произойти оно не могло. Течения событий смещались бы настолько, чтобы приспособиться к происходящим изменениям.