- А как же спинку потереть? - заискивающе улыбаясь, он отставил бокал на бортик и схватил мою мочалку.
Я покраснела, но уверенно отобрала её у него.
- Ладно-ладно, не дуйся. - Артур поднялся, представ передо мной в своём естественном виде, и нарочито медленно стал выбираться из ванны, словно позволяя разглядеть его во всех подробностях. Я и рассмотрела. Впечатлилась. Покраснела.
Довольный произведенным эффектом, он довольно хмыкнул и замотался в моё полотенце. Хорошо, что поблизости весело второе.
Когда я появилась в гостиной, Сокольников уже сидел полностью одетым и что-то увлеченно обсуждал с Павлом. Мне бы такие коммуникативные способности. В первую встречу мне показалось, что они испытали к друг другу взаимную и довольно прочную неприязнь. Ан, нет, сидят, воркуют.
- Я так понимаю, на сегодня моя работа окончена? - завидев меня Павел поднялся, намереваясь уйти. Дождавшись сначала уверенного кивка Сокольникова (оборзел совсем, ну), а затем моего робкого «конечно», он удалился в свою комнату.
- Так как насчёт ужина? - спросил Артур, приблизившись ко мне.
Стараясь не смотреть на него, ответила:
- Как-то поздно уже. Может в другой раз?
Сокольников недовольно цокнул и притянул меня к себе.
- Я обидел тебя чем-то?
- С чего ты взял? - Я не смогла долго разглядывать пол и перевела взгляд на него. Голубые глаза светились беспокойством.
Я весело хмыкнула.
- Определенно, твоё вторжение в мою ванну того стоит, но нет, я не обижаюсь.
Сокольников улыбнулся и обхватив, моё лицо руками прислонился лбом к моему лбу.
- Тогда в чём дело, маленькая? - И вроде банальное прозвище, но в то же время моё сердце предательски пропустило удар. - Хочешь, останемся у тебя? Закажем пиццу, посмотрим фильм?
- Хорошо. - Кажется его звёздные чары проникли в мой мозг и деактивировали его. Иначе зачем я на это согласилась?
Вечер прошёл просто идеально. Мы заказали мою любимую пиццу, выбрали веселую комедию, много смеялись и шутили. Так легко и просто мне не было ещё ни с кем. Я забыла о проблемах с Софией, о том, что Артур - звезда с кучей поклонниц и обязательств, а не простой парень. Моё одиночество, так часто накатывающее по ночам, отступило в угол и жалобно скулило, зовя меня обратно. Однако мне было не до него - теплые объятия Артура согревали не только моё тело, но и душу, и на удивление были достаточно целомудренными. Он ни разу не предпринял попытки склонить меня к постели, лишь изредка целовал в висок или щеку.
Мою квартиру Артур покинул глубоко за полночь.
=11=
Целую неделю Артур радовал меня своими звонками и сообщениями. Иногда короткими и редкими, иногда настолько длительными, что мне болели пальцы выписывать ответы, уши от постоянного контакта с мобильным, а рот от смеха и улыбок. Вживую мы не виделись - Артур снова улетел в Норвегию на съёмки. Помимо этого, он также присылал мне каждое утро свежие цветы. И всегда они были разными: то белоснежные розы, то нежно-розовые пионы, то чайные розочки, то фиолетовые орхидеи. Павел глядел на возрастающее количество растений в квартире и шутливо ворчал, что жить в оранжерее ему ещё не приходилось. А ещё Артур вложил в мой фонд солидную сумму, аргументировав это тем, что я тут не при чем, а помочь нуждающимся он всегда готов. В общем, обложил меня Сокольников по всем фронтам. И глядя на всё это безумие, я послушно таяла, как мороженка на солнце, растекаясь сладкой лужицей по асфальту.
Однако светлые полосы в моей жизни выдаются не часто и никогда они не бывают безупречно белыми. Этот раз не стал исключением. Мерзкими противными пятнами, портящими эту самую полосу, стали анонимные звонки с чьим-то прерывающимся дыханием. Сначала я подумала, что это София, но она никогда такой ерундой не занималась. Если ей хотелось меня запугать, она попросту угрожала, расписывая самые изощренные способы пыток и моей смерти. Затем в моём почтовом ящике начали появляться анонимные письма вот с таким текстом: «Оставь его! Он МОЙ!». Тут уже сомнений не оставалось - какая-то больная фанатка Сокольникова узнала обо мне и решила предпринять меры по устранению соперницы. Послания сбрендившей девицы я рвала и выбрасывала. У меня есть Павел, который должен защитить меня от всяких больных, а значит боятся мне нечего. Артуру я про эти инциденты решила не говорить, продолжая купаться в эйфории, вызванной нескончаемым общением с ним.
Но вот однажды, в дверь моей квартиры позвонили. Раздалось обычное такое динь-дилинь, после чего Павел пошёл открывать. Ничего подозрительного. Кроме того, что он не позвал меня.
- Где она?! - услышала я истеричный женский голос. - Дай мне посмотреть на неё!