- Пока ты там перед ним своей голой задницей сверкаешь, я спокойно спать не буду! - заорала девица.
Тяжелый случай. Необоснованные обвинения. Недоказанные факты. Я ведь перед Павлом исключительно в одежде появляюсь.
- Чего вы добиваетесь? - спросила, устало потерев глаза.
- Уволь его и найди себе нового мужика! - просто и доступно выразила она свои требования.
- Я не стану этого делать. - Моё заявление прозвучало достаточно твердо и непреклонно. - Павел, как телохранитель, меня полностью устраивает.
- Да какой из него телохранитель? - пренебрежительно отметила девушка. - Он раньше кильку на складе охранял, а потом его поперли. Директорша устроить племянника захотела.
Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет.
- Вали-ка ты отсюда, а? - на доступном для неё языке сказала я и поплелась к кровати.
Она ещё что-то кричала, а потом долго барабанила в дверь.
Надеюсь, соседи вызовут полицию.
=13=
На следующий день в разговоре с Павлом я выяснила, что неадекватная девица - его бывшая девушка, а склад с килькой действительно прописался в его биографии. Я, мягко говоря, была шокирована этими фактами. Получается, человек, которому я доверила свою жизнь, сам же в неё и притащил опасность в виде своей ненормальной пассии, а также обманул меня. Тем не менее, откровенно поговорив с Павлом, я передумала его увольнять. И мать его жалко, и его. Да и человек он всё же неплохой, я к нему привыкла.
Разобравшись с Павлом, решила извиниться перед Артуром. Но либо тот был слишком обидчив, либо слишком занят, поэтому трубку не брал и на смски не отвечал. Выяснив с помощью фан-группы Сокольникова, где он сегодня будет, по-быстрому оделась и сорвалась в клуб с незатейливым названием «Night party».
На входе в клуб меня ожидал фэйс-контроль, дрэсс-код и два здоровенных секьюрити. И угадайте-ка, кого не хотели впускать внутрь?
- Девушка, я вам ещё раз повторяю: вечеринка закрытая, вход по приглашениям, - втолковывал мне тип с приплющенным носом.
- А я вам повторяю - мне нужно поговорить с Сокольниковым! - чуть повысив голос, объясняла я ему. Деньги они наотрез отказались брать, поэтому пришлось разговаривать.
Тип сдавленно хрюкнул.
- Да с ним полстраны баб «поговорить» хотят, - специальной интонацией выделил он слово «поговорить». - И чо? Мне теперь всех впускать?
Оба охранника заржали в один голос.
- Да и вряд ли он с тобой говорить будет, - заявил второй тип, внешность которого можно было охарактеризовать как: «Лысая башка, дай пирожка!». Ибо лысина его сияла, мерцала и отражала свет от фар подъезжающих машин. - Тут для переговоров есть бабы и покрасивше. - Типы снова заржали, а я развернулась и ушла. На поиски чёрного входа. Должен же быть в таком большом ночном клубе черный вход?
И он там был. А возле него очередной секьюрити. Россказни про новую официантку на него не подействовали - он их тут же проверил и посоветовал мне убираться отсюда. И всё это без капли юмора. Я даже удивилась.
И вот бреду я вдоль стеночки, печально опустив голову, и слышу, как сбоку от меня раздается женская ругань. Повернувшись к источнику шума, обнаруживаю небольшое окно, из которого, собственно, и доносятся крики. Находится оно не так уж и высоко (встав на цыпочки я смогла ухватится за его раму), и ведёт в женский туалет (на то указывали запах сигарет, характерные звуки сливающееся воды и девчачьи возгласы).
Ухватившись за раму гостеприимно распахнутого окна, попыталась подтянуться на руках, помогая себе ногами. Что из этого вышло? Да ничего. Подтягиваться я никогда не умела, а мои ноги, обутые в балетки, с противным звуком и завидным постоянством съезжали вниз. На десятой попытке моё платье зацепилось за какую-то хрень, выпирающую из стены. А руки-то заняты, а ноги-то скользят, а сама-то я вишу, растопырившись, как обезьяна и ничем не могу себе помочь. Иначе верхняя часть платья достанется стене, а моя грудь вырвется на волю и будет радовать пьяный народ, ошивающийся рядом с клубом.
- Помочь? - вкрадчивый мужской голос раздался совсем рядом.
- Ну уж попробуйте, - злобно пропыхтела я.
Сильные руки с легкостью подхватили меня и вместо того, чтобы подтолкнуть вверх, сняли со стены. Но на землю не вернули. Мужчина продолжил удерживать меня на весу.
- Да вы... - начала было возмущаться, но встретилась с взглядом смеющихся голубых глаз. - Что ты тут делаешь?
- Покурить вышел. А ты? - Артур еле сдерживал смех.
На моих щеках заполыхал целый пожар смущения. Надеюсь, в тусклом свете уличного фонаря это было несильно заметно.
- Извиниться хотела. Но меня не впустили в клуб. - Стыдно, стыдно, стыдно. Как же стыдно мне.