- Это кто? - Мгновенно пошёл он в наступление и даже впихнул меня обратно в квартиру.
- Павел Григорьевич, мой телохранитель, - честно ответила я.
Сокольников недоверчиво окинул взглядом сначала Павла, потом меня.
- И зачем он тебе нужен? - криво ухмыляясь спросил он.
Я слегка растерялась, но быстро пришла в себя.
- Для защиты моей особо важной тушки, - попыталась отшутиться.
Сокольников не стал вдаваться в подробности и схватив меня за руку, вывел из квартиры, предварительно попрощавшись с Павлом.
- Позже ты ответишь мне подробнее, - предупредил он.
Я промолчала. Ведь для себя я ещё не решила, делится с ним своими проблемами или лучше не стоит.
Так же молча мы спустились вниз и уселись в его Мустанг.
- Куда поедем? - Первой не выдержала я.
- Сюрприз! - широко улыбнувшись, воскликнул Сокольников. И опять эти божественные ямочки...
Уволок он меня не куда-нибудь, а в шикарный ресторан на крыше восьмидесятого этажа. Безумная высота вызвала волну мурашек по моему телу. Великолепный вид, волшебный вечер, красивый мужчина. Я была готова парить в облаках, но, увы, летать не умела.
- Так для чего тебе понадобился телохранитель? - Ловко нарезая сочный стейк из свинины, полюбопытствовал Сокольников. Жаль, что склерозом он не страдает.
Сделав глоток вина, а затем ещё один и ещё, нервно закусила губу. Сокольников заинтересованно уставился на меня, но это действо, к сожалению, его не отвлекло.
- Ну? - поторопил он.
Нехотя оставив бокал в покое, всё-таки выложила все карты на стол.
- Одна женщина не дает мне проходу, и я опасаюсь за свою жизнь. - Ладно, соврала. Это далеко не все карты. И Сокольников это тоже понял.
- И чем её заинтересовала твоя персона? - задал он наводящий вопрос. - Деньги или месть за отбитого парня?
Я улыбнулась.
- Первое. Богатой дамой меня можно считать лишь три месяца, - пояснила я. - В феврале я получила своё наследство и эту женщину вместо головной боли.
Сокольников отпил минералки из своего стакана.
- Рад, что ты не потащила своего верного пса на свидание со мной, - усмехнулся он, резко возвращаясь к персоне Павла. Ревнует что ли? - А вообще, немного ли ты ему позволяешь?
Может и много. Но это точно не твоё дело.
- Павел Григорьевич на данный момент меня полностью устраивает, - отрезала я.
Сокольников недовольно поджал губы, но докапываться прекратил.
Дальнейшая беседа проходила мирно. Артур делился веселыми моментами со съемок, вспоминал свои самые грандиозные концерты, рассказывал о Норвегии, в которой ему недавно пришлось побывать, хвастался приобретёнными сувенирами и приглашал на вечеринку по поводу открытия ночного клуба. Я же говорила об учебе, о любимых песнях, книгах, родителях и детстве. Но когда пыталась спросить его о чем-то личном, не поверхностном, он словно закрывался и переводил тему на что-то несерьезное. Хотя сам довольно искренне интересовался всем, что касается меня, вплоть до цвета колготок, в которых я бегала в детский садик.
Расправившись с едой, мы отошли к перилам. Солнце неумолимо клонилось к горизонту, окрашивая небо в багряно-красный.
- Нравится? - Приобняв меня за талию, спросил Сокольников.
Избегая его взгляда, утвердительно кивнула.
- Что-то не вижу восторга по этому поводу. - Он схватил меня за подбородок, вынудив посмотреть на него.
Я тяжело вздохнула.
- Это ведь не настоящий ты, - тихо заговорила. - Это образ, новогодняя мишура, скрывающая твою истинную сущность...
- Ты лезешь туда, куда не просят, - грубо перебил он меня и отступил на шаг, засунув руки в карманы.
Нет, я предполагала, что ему не понравится сказанное мной, но такой реакции не ожидала.
- Прости, - поспешно извинилась я.
- Нет, ты права. - Отмахнулся Сокольников. - Я не люблю раскрываться перед малознакомыми людьми. - Он натянуто улыбнулся, стараясь сгладить свою резкость.
Получилось у него не очень - я продолжала чувствовать себя неловко. Понимала, конечно, что сама перегнула палку. Если я не хотела делиться секретами, то чего ожидала от него?
- Думаю, мне пора домой, - отважилась я прервать установившуюся тишину и даже сделала шаг в сторону выхода.
Сокольников схватил меня за руку и развернул к себе. Глупо хлопая ресницами, я наблюдала как он медленно склоняется ко мне, как его глаза загораются предвкушением, как губы растягиваются в чувственной улыбке.
Могла ли я остановить его? Да. Хотела ли? Определенно нет.
Нежно коснувшись моих губ и не встретив никакого сопротивления, он начал постепенно усиливать напор. Его язык дерзко скользнул в мой рот и принялся вытворять там нечто невообразимое, от чего в моём животе запорхала всем известная живность. Дыхание сбилось, перемешалось с его. Цепляясь за твердые мужские плечи, как за спасительный круг, я не желала, чтобы этот поцелуй заканчивался. Но мир полон несправедливостей и спустя какое-то время Сокольников отстранился.