- Не знаю, просто испугалась, и захотелось оказаться подальше.
Эльф не выдержал и захохотал вместе с нечистью, осознав то, что я сказала.
- За семьсот километров от нас с Лиром? Не слишком ли далеко? - сказал Аран, пытаясь отдышаться.
- Меня волнует другое, - спокойно и тихо сказал Лир. - Мы только что избавились от ведьмы, а теперь тут...
- Что тут? - спросила дриада.
- Появился очень сильный темный маг, планы которого сегодня разрушила Ариадна
Глава двадцать вторая
Я замерла, осознав, что Лир прав. Темный маг - то на свободе.
- Никто не сможет больше наложить проклятие на лес, - сказал спокойно леший.
- Почему? - спросила я.
- Им помогла защитить лес одна из дриад, - спокойно сказал Аран.
Даже догадываюсь кто именно. Жаль, что Даринель молчит и делает вид, что не знает кто. А Аран олух просто, раз не понимает и ничего не видит.
- Ну, тогда все хорошо, - успокоилась я.
- Хорошо? - переспросил Лир, оказываясь рядом со мной. - Ты думаешь, что темный маг не будет искать того, кто отменил его проклятие и не попытается его уничтожить?
Его глаза снова напомнили мне небо в грозу, а между бровей у него от тревоги появилась морщинка, захотелось потянуться и разгладить ее. Очень сильно захотелось.
Лир неожиданно притянул меня к себе и обнял крепко-крепко. И на душе сразу стало легче.
- Это ж надо, за семьсот километров от меня убежать, - прошептал он мне в самое ухо. - Не отпущу, никуда не отпущу. Только моя, слышишь?
Я кивнула, вдыхая аромат, который от него исходил. Лесной, тягучий. Мой. Только мой. И ничего мне в этом мире не надо.
- Может, он не будет искать меня, а? - спросила я беспокойно.
- Ари, я хорошо знаю темных магов. Сам такой, не забыла? Будет. Еще как будет.
Лир не выпустил меня из объятьев, гладил по растрепанным волосам и временами целовал в волосы.
- И мы ведь оба знаем, кто этот самый темный маг, Лир, - сказал Аран грустно и устало.
Лир нахмурился.
- Кто? Вы мне скажите?
- Тезуэль, главный в Совете магов в Аридейле, - сказал Лир.
- Тот, что погубил дриаду? - спросила я ошарашено, и тут же поняла, что проболталась.
О моем обещании отомстить, никто не знал.
- Боги! Ари, ты знакома с дриадой? - ошарашено сказал Аран.
И ты тоже, Аран. Только не догадываешься об этом.
- Да. И я намерена отомстить за нее, тому, кто ее предал. Тезуэлю, - спокойно сказала я, стараясь не смотреть на повлажневшие глаза кикиморы, сидящей рядом с Араном.
- Ари, он сильнее всех русалок вместе взятых.
- Сильнее тебя? - спросила я Лира.
- Нет.
- Тогда в чем проблема? - спросила я. - Вот ты и поможешь, буду тренироваться на тебе, - невозмутимо сказала я.
- Ари...., - уже не Лир, а Аран.
- Мне плевать, что он сильнее. Я не намерена это так оставлять, - припечатала я.
- Как ты докажешь, что именно Тезуэль навредил дриаде? Нужно еще одно свидетельство, помимо свидетельства твоей дриады. Она, конечно, не врет, но этого мало. Он - старейшина, Ари, - сказал спокойно Лир.
- У меня есть такой свидетель, Лир. Вот доберемся до Аридейла, и я с ним поговорю.
- Кто в здравом уме согласится свидетельствовать против темного мага, Ари? - спросил Аран удивленно.
- Тот, кто ей однажды помог, когда люди начали на нее охоту, - сказала спокойно я.
- Кто, Ари? Назови мне этого безумца.
- Твой отец, Лир.
Я почему-то была уверена, что тот не откажется.
На поляне воцарилась тишина.
- Лир, она меня пугает. Она знает о твоем отце больше, чем ты сам, - отмер первым Аран.
- Тебе это дриада рассказала? - спросил меня маг.
- Да.
Лир с Араном переглянулись.
- Мы хотим с ней познакомится. Можно? - спросил Аран.
- Мы не причиним ей вреда, - сказал Лир.
Я увидела сумасшедший взгляд Даринель.
- Нет, - спокойно сказала я, заметив, что нечисть вздохнула.
- Черт возьми, Ари! Почему нет? Неужели мы не заслуживаем твоего доверия? - прокричал Лир с таким отчаянием.
- Это не моя тайна. Я сказала итак слишком много, не могу предать подругу. Мою единственную подругу, - сказала я убито, зная, что как бы невелико было мое желание все рассказать Арану и Лиру, я не смогу этого сделать, потому что обещала Даринель, потому что желаю ей всей душой избавиться от проклятия, потому что хочу, чтобы этот чурбан Аран разглядел в ней душу...
- Она полна сюрпризов, - сказал Аран, усмехаясь. - И не скажет, Лир. Не надейся.
- Это я уже понял. И как же много тайн скрывает от меня дайари, - сказал маг подавленно.
- Ты тоже хорош. Не хочешь сознаваться из какого ты рода, - сказала я спокойно.
Нечисть и Аран захихикали. Лир вздохнул. Обреченно так.
- Лирантанель Дарсе Винтуриан де Риган, - сказал Лир устало.
Вся компания возле костра замерла, ожидая моей реакции, вот только какой?
- Мне должно это о чем-то говорить? - спросила я спокойно, касаясь щеки Лира.
Он озадаченно на меня посмотрел, а Аран и нечисть, не выдержав, расхохотались.
- Тогда и я представлюсь. Арандиэль Сорманель Кристоф де Лесин, - сказал эльф.
Видя мою прежнюю реакцию, снова захихикал. Ну, дают. Они что издеваются что ли?
- Она же росла не здесь, Аран. Вот и не знает, - сказал Лир.
- Чего не знаю?
Лир покачал головой, давая понять, что не скажет. Я собралась было поспорить с ним, но он не дал. Его губы накрыли мои, унося меня далеко отсюда, а когда мы оторвались друг от друга, он сам подхватил меня и унес к лежащим неподалеку спальным мешкам, залез вместе со мной, крепко прижал к себе, а потом его губы снова нашли мои, прогоняя все мысли о дриаде, черном тумане и темном маге, сильнее которого нет на свете.
Его руки в этот раз не знали преград и скользили у меня под туникой, кстати, одетой под свитер, гладили, ласкали и заставляли меня почти лишатся разума.
- Доверяй мне, дайари моя, доверяй. Я заслуживаю твоего доверия, - сказал Лир мягко, когда я почти засыпала.
- Я постараюсь, - прошептала я, ему сонно, целуя его где-то в районе плеча.
Знал бы он, как же сильно я его люблю.
- Я знаю, - сказал шепотом Лир.
Вот опять я вслух разговариваю. Иногда, может, это и полезно. Мы даже как-то незаметно помирились с ним. Ох, Лир...
В путь мы отправились на следующий день втроем, ну и лимфил с нами естественно. Мой Лучик радовался пути больше всех, а я начала понимать, что неважно в принципе, куда идти. Лишь бы просто идти. И чтобы была дорога. Прямая или извилистая. И чтобы Лир и Аран были рядом. Кто знает, что меня ждет в будущем?
Эти октябрьские дни выдались, как ни странно погожими. Нежно припекало солнышко, шелестела опавшая багряная и золотая листва под ногами, дул легкий ветерок. Благодать... Дважды за две недели нам попадались крупные города, которые и маг, и эльф, не сговариваясь, обходили стороной. Я спросила, почему, но объяснения их были смутными и запутанными.
Вроде бы ведьмы нет, силы появились и можно создать мороки, Тезуэль не в курсе, кто разрушил его проклятие, и искать будет долго, потому что нечисть старательно запутает его в поисках, да он еще и не спохватился, а городов мы избегали. В поселки, которые стали попадаться чаще, мы, конечно, заходили. Покупали там необходимые продукты, а я в последнее время нашла себе небольшой заработок - собирала грибы в лесу и продавала их местным жителям. Мне с удовольствием помогал лимфил, который в виде белки находил потрясающие экземпляры подберезовиков и опят. Лир с Араном были не в восторге от этой затеи, но спорить со мной не рискнули.
Пока шли последние дни октября, которые мы проводили в лесу, я много думала обо всем. О маме и о папе. О русалках и Серебряном городе. О дриаде. О темном маге, который захочет меня убить. О том, что Лир и Аран из-за меня оказались в опасности. О том, что ждет меня и Лира. Своими раздумьями я не могла делиться ни с эльфом, ни с магом. Рассказывала Даринель. Мы последнее время с ней очень сдружились, а она была постоянно рядом с нами. И именно Даринель, как ни странно, помогла мне справиться с тем, что я - русалка. Нет, тяга к морю и к Серебряному городу осталась, только и чувства к Лиру, стали гораздо ярче и сильнее, и они побеждали сейчас. Несмотря ни на что. Меня просто распирало изнутри от его прикосновений, поцелуев, взглядов, наполненных темным серебром, а вечером... Весь мой мир сосредотачивался только на нем, когда мы оказывались вдвоем в одном спальном мешке. Все стиралось, все границы разума, и оставался только стук моего сердца и его. И уже было не понять - где он, а где - я. А ведь дальше этого дело не заходило. Лир умудрялся сдерживать эту тонкую грань.