— А ты куда? — боже, какой глупый вопрос.
— В страну розовых единорогов. К черту на рога. Все равно куда. Лишь бы подальше от тебя. Ты мелкая, противная вредная заноза в заднице. Ничего из себя не представляющая зазнайка. Всех твоих достоинств папуля — вор и убийца, да жених бандос. В остальном ты простая наглая девка, криворукая и бестолковая.
— Ты что несешь? Мой отец обычный бизнесмен. А жених... — ненавижу его. НЕНАВИЖУ. — Тоже мне эталон. На себя посмотри. Живешь в дыре, жену не можешь себе найти по любви, дочь не воспитываешь. На себя посмотри.
— Жену? Да пошла ты. За собой следи, принцесса. Это ведь твой жених прямо перед свадьбой...
— Заткнись, — я шиплю. В сущности то он прав. Но разве женщина может признать правоту мужика? Мужлана. Да еще такого, всего из себя правильного.
Он молча садится в машину. Захлопывает дверцу. И что дальше делать? Что? Туфли еще эти мерзкие. Не подошли мне “подкрадули” пятидесятого размера, а других в квартире моего муженька не было. Пришлось надевать свадебные колодки. Черт?
Я встала у обочины, подняла руку с вытянутым вверх пальцем.
— Ты куда? — поинтересовался чертов великан.
— Все равно. Лишь бы от тебя подальше. — плюнула я огнем.
— Ну, удачи. Дальнобои любят таких. Туфли у тебя как раз для работы на трассе. Папе привет. Скажешь от Крылова, он обрадуется. Адьос.
Он что? Он уезжает? Мотор завел? Вот сволочь. И что же мне делать? Что?
5
ГЛАВА 5
Тимофей Крылов
Пусть проваливает. Тоже мне, королева. Сразу дышаться стало легче. Сразу...
Девка стоит у обочины. Похожая на ежа. Ручонку подняла. Голосует. Пусть проваливает.
Завожу мотор. В кармане звонит мобильник. Кого там еще принесло? Вот сейчас отвечу и уеду. Не оглянусь ни разу. Пусть она станет чужой проблемой, не моей. У меня и так этих чертовых головняков выше крыши. Теперь еще дупло... Тьфу ты, прости господи, квартиру ремонтировать.
— Жена твоя где, рядом? — впивается мне в ухо крик поганца Пашки. До седых... погон дожил, ведет себя не по генеральски.
— Здравствуйте, Пал Лексеич. — говорю спокойно, поворачиваю ключ в замке зажигания. Нужно просто уехать и все. Не моя проблема эта чертова дура. Не моя. Пусть возвращается к своему папаше упырю. Я даже к Мореву проникаюсь сочувствием слегка. Бог его наказал, в лице мелкого беса, посланного ему в дочери. Хотя у демона масштаба убийцы могло родиться только исчадье. Мелкое, рыжее, противное исчадье, которое сейчас разговаривает, склонившись к тачке, словно выпавшей из боевиков девяностых, с каким-то хмырем с мордой паркового маньяка. — Жену мою я выгнал. И знаешь что, засунь ты свои предложения знаешь куда? Меня все устраивает. Не хочу я быть владычицей морскою. Понял?
— Фантазер, мля. Слушай меня внимательно. Из-под земли достань бабу, в ногах валяйся, запри ее в башне с драконом и шементом ко мне. Тут такое.
— Какое? Паш, если у тебя снова приступ...
— Заткнись и слушай. Мне тут барабан из близкого окружения тестя твоего...— вот гад. Ехидства в голосе, как у ехидны. Тесть... Аж тошнить меня начинает. Это какой-то адский перфоманс. — В общем, притаранил он бомбу, Тимоша. Не телефонные коляски. Одно скажу... Ты за Моревым сколько лет гоняешься, как Бобик, хвост задрав, и все бестолку. Хитрый он лис. Но если то, что я узнал правда, скоро ты его возьмешь, ну и сразу в кабинетную работу. Точно тогда получишь и звание и должность. Инфа тут просто... Короче у нас есть шанс и Морева натянуть, и город очистить от погани в лице Дароевых. Ты меня слышишь. И эта баба...
Баба? Где она? Черт. Я смотрю на габаритные огни Бэхи, резко стартанувшей с места. Эта идиотка — смертница, мать ее за ногу. Совсем без башки, дурища. Села в машину хрен знает к кому. Что ее папаня, не учил что ли, что есть такие дяденьки, которые не признают личной неприкосновенности женщин?
Вдавливаю в пол педаль газа, бросаю мобилу на сиденье. Пашка разоряется в трубке так громко, что я его слышу, даже в таком положении. Мечтатель, блин, кабинетный. Интересно, что за инфу он нарыл? Наверняка опять какое-то фуфло. Все Пашкины “барабаны” бараны. Сто раз ведь уже это проверено и доказано.
Нагоняю мерзкую машину. И вот чего я так взвелся? Какое мне дело, что будет с моей... Женой. Мать ее. Женой. Первой официальной моей женой. Это какой-то фарс. Вся моя жизнь превратилась в чертову фанаберию, с появлением мелкой занозы. Сто лет я в погонях не участвовал. Жму на клаксон. Аж сам глохну от резкого звука. Ноль эмоций. Упырь только прибавляет газу. Я тоже. Иду на обгон. Сейчас подрежу козла, вытащу из него душу, сначала, а потом... Потом...