— А что такое? Сбежала от тебя красотка? И правильно сделала. С таким мужланом...
Он зарычал. Так надорвано, гортанно. Бросил в меня тем, что осталось от торта. Черт. Я все таки палку перегнула. Засеменила за Великаном, который огромными шагами пошел к сказочной избушке.
Голова разболелась адски. От кислорода ли, которого мы не видим в городе. Или от странной жалости к, молчаливо идущему, вепрю. Он сгорбился, будто мешок на горбу тащит, полный тяжёлого прошлого и боли. Я это просто физически ощущаю. Но я то при чем? Расковыряла старую рану? Я ужасная дура.
— Тим, — уже возле двери окликиваю мужа, — слушай. Прости, а? Ну перегнула малех. Но ты ведь сам...
Он молча толкает не запертую дверь. Из дома пахнет сдобой. Молоком. Цветами и счастьем. СЧАСТЬЕМ. Тем, чем никогда не пахло из кондиционированного нутра отцова особняка, воняющего химозными дорогими ароматизаторами. Но, к светлому аромату примешивается странный запах. И Тим втягивает носом воздух. Кривится. Меняется в лице...
— А, папуля. Явился все таки? — появляется в крошечной прихожей смешная девочка, подросток. Выглядит она... Очешуенно. Разноцветные волосы, заплетенные в миллиард косичек, одета, как бомжонок, прости господи. Ногти на руках кислотные. На ногах тапки в виде когтистых волосатых лап. Я аж рот открываю залюбовавшись. — Долго ты. А это кто?
Смотрит на меня Ленка, как я понимаю. Прищурившись смотрит, взглядом своего отца.
— Ну ты, бать, красавчик. Ба в больничку увезли, а ты с бабами хороводишь. Зачетный лук. Корона вообще бомба, — хмыкнула эта нахалка мелкая, опалив меня взглядом, полным презрения. — Да, фатер, вкус у тебя, конечно...