И за Кангалом я пригляжу. Умею...
Прощайте!
Копыта застучали удаляясь.
- Гаврила. А мы вот недодумали... Могут ведь и собак пустить. А?
Исправишь? - повернулся к управляющему. Тот здорово смутился. А действительно. Лоханулись мы...
- Знамо. Сделаю. - И не откладывая дела в долгий ящик, полез в свой баул за 'волшебным' порошком от собак, что мы уже опробовали, когда уходили после допроса Кирилла Фролина. Береженого Бог бережет.
Я высвистал условный сигнал 'все ко мне', нахватался уже у Гаврилы с Толиком. Само собой выходит.
Иван Михайлович с Иваном Федоровичем встали передо мною, как двое из ларца, правда, не одинаковых с лица. Но тоже, чудеса творить умеют. По своей воинской специальности, естественно.
- Слушай сюда, братцы. Против нас обиженный жизнью и нами пан Заремба. С ним народец лихой. Ядвига сказала, что семеро, но может быть и больше. Коли еще не нагнали, знать готовят нам засаду. Это плохо, но для нас привычно. Должны отбиться. Но тут, други мои, иное всплывет.
Мы не на Дунае, а перед нами не супостат, а такие же как и мы подданные Империи. Это по закону. И значит, что...? Значит, за стычку эту нас могут и на каторгу закатать. Как судебные крутить могут, знаете? Вот то-то...
С сильным врагом драться мы обучены. Справимся. А вот с богатым судиться для нас - гиблое дело.
- А че мудрить-то... - в раздумье протянул фельдфебель. - До суда доводить нам не с руки. Резону нету. А тут - лес. Знать пусть все ляхи тут и сгинут. Притопим в болоте и край.
Ого! Это что, ментовской присказке ' нет тела - нет дела' больше двухсот лет? Однако. Вот они, глубины народной мудрости.
А то, как Грач оскалился в жутковатой усмешке, при слове 'ляхи', мне не понравилось. Аж жутко стало. Гайдамака, все-таки, это - навечно. Ненависть к своим гонителям у них на уровне подсознания сидит.
Как же людей надо было тиранить, чтобы после они зверствовали хуже самых кровожадных зверей? Ой, не без причины это все было, не без причины...
Но сегодня - мне на руку.
- Истинно, Иван Михайлович. Нам ли крови бояться? Стало быть, всех...
На том и порешим. А теперь давайте думать - как...?
Ну, неудобная мы дичь. Сами норовим стать охотниками, когда нас гонят. А и правильно.
Не стой под стрелой. Не дразни лучников.
Ишь. Загон они устроили.
Народу едва ли больше возьмут. Разве что проводника. Максимум двух. Исходим из того, что их десяток, тут ошибиться лучше в большую сторону. Зарембу точит ненависть, а наемников - жадность и они в таких делах опытней. Значит что? Значит будут поначалу действовать по китайской системе 'Тихо-Ша', рассчитывая нас тут в лесу и закопать, а трофеи из коляски поделить.
Ребята, у нас желание взаимное.
Вас больше, а мы злее. И на нас работает агентурная разведка, спасибо Анне с Ядвигой. Поглядим еще кто кого.
Эту местность Гаврила знал. Может не так досконально как местные, но ориентировался вполне уверенно. Янчино болото нам действительно не миновать, объезжать, так верст за тридцать с гаком лишних наберем. Не... Не наш метод. Тем более, что сейчас противник рядом, известен и не надо его искать. Примерное местонахождение мы знаем. Они уверены, что двукратное превосходство и неожиданность при нападении обеспечат им полную победу. Ну что ж, пусть пока позаблуждаются на свое оставшееся здоровье.
Низкий тебе поклон, Толик. Недолго ты нас учил, но охоту к спецназовским фокусам привил крепко. Гаврилы это не касается, у него своя школа, а вот Грач с фельдфебелем, да и я грешный, подсели на рискованную и выверенную игру со смертью крепко. Экстрим, однако!
Драгуны таких мудреных слов не знают, но им нравится. Седина в бороду, а чисто подростки. Ага. Волчары они матерые. Воины от макушки и до пяток. Наши противники просто не знают, с кем связались.
Лагерь мы разбили еще до вечера, в трех верстах от начала болота в удобном месте у ручейка и стали ждать. Гаврила, облачившись в бахматый грязно-серый комбинезон, подобный тому в котором он 'работал' в фольварке, растворился в лесу, отправившись на разведку. Понравилось ему, понимаешь, в этой одежке в лесу, практично видите ли. Вот и заказал пошить похожий у пожилой валашки, хозяйки нашего постоя, обеспечив ее подходящим полотном. Еще и свои усовершенствования внес. Как они друг друга поняли, вопрос, но комбез вышел на славу. Действительно, такая одежда куда удобней тех шаровар и рубах, которыми пользовались в деле его родичи. Да и сейчас к месту пришлась.