Засмотрелся на занятное зрелище, предварявшие бои - отдания Малого салюта.
А вот тут, Сережа, тебе есть чему поучиться. В наше время салюты были попроще, а тут целое представление. Но красиво.
Стоящие друг против друга противники когда четко, когда не очень выполняли приемы словно проводя бой. Каждому движению салютующего синхронно отвечало движение второго фехтовальщика.
Малый салют имел шестнадцать канонических движений каждого из соперников, всего тридцать два значит. Их назубок знал каждый мало-мальски образованный фехтовальщик этого времени. А я нет. И ведь есть еще и Большой салют…. Вот засада.
Конечно, научиться - это мы быстро, но похоже мой фехтовальный зал в далеком будущем здорово отличен от манежа, в котором мне предстоит блеснуть мастерством сейчас. Многие ритуалы, обычаи и правила, которые здесь знают все, мне не знакомы. Вернее они где-то знакомы, но поверхностно, из книг и рассказов тренеров.
Планы, наверное, подкорректируем. На помощника фехтмейстера я пока не тяну, нужно слегка пообтереться в этой среде. Конечно, хочется побыстрей, но будем торопиться медленно, так вернее выйдет.
По-моему, то существо, которое зашвырнуло меня в это время, наградило меня не только молодостью и здоровьем, но и феноменальной удачливостью. По крайней мере, хочется в это верить.
А может просто, я принадлежу к категории людей, которым всегда везет. Как Гаврила говорил?- Удачлива твоя планида, Сергей Саныч. Ага, дуракам, как известно….
Идя сюда я понадеялся на удачу. Чуйка! Место я выбрал правильно - манеж, а вот с кем меня столкнет здесь судьба, и как я этой встречей воспользуюсь, это будем поглядеть. Но чую, через фехтовальный зал лежит путь к эполетам, как путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Не через корпус кадетский, а через острый клинок. Вот такая уверенность, непонятно откуда появилась. Вот прям сейчас и появилась. Хм…. А я своему чутью доверяю.
И вспомнил о желудке - в тему. Скоро обед, уже и есть охота. А вот и Глеб, который не Жеглов, а совсем даже Горяинов. Серьезный мальчишка, но мне его серьезность импонирует, чувствуется в человеке стержень.
- Не скучали, Сергей Александрович? Раньше никак закончить занятия нельзя было. Люди уж слишком старались, нужно было дать им почувствовать вкус боя. Я уже полгода помогаю в обучении этой группы, никто не прервал договора, все - перспективные фехтовальщики, а сие - редкость.
Оправдывается за задержку, хотя и видно, что доволен занятиями.
- Нет, что вы, было не до скуки. Любовался вашей работой. Вы - талантливый учитель, Глеб Петрович. У вас отлично получалось.
Но я смотрю, увлекшись занятиями, вы пропустили обед, да и я голоден. Нет ли здесь места, где можно было бы перекусить, там вы мне все и обскажете. И уж если я краду Ваше время, то прошу позволения угостить Вас обедом.
И не надо отказываться, я от чистого сердца. Кроме того узнаю, где можно покушать вблизи корпуса.
- Ну, извольте. Здесь есть небольшой трактир, там сытно и недорого кормят. У меня до вечера свободное время, только доложусь по команде.
- Замечательно, жду.
За полчаса мы уже сидели в действительно хорошем, чистом трактире, где половой в момент соорудил нам обед из трех блюд, да выставил по жбанчику пива. Славно, неторопливо отобедали. А ведь и действительно вкусно и не дорого, буду сюда захаживать.
За время обеда Глеб рассказал мне об условиях заключения договора, о ценах, о днях и времени посещения, о метОде занятий.
Учебное оружие и защитный колет я мог приобрести у фехтмейстера, как и защитную маску. Дорого дерет зараза, но тут он монополист, придется раскошелиться.
Фехтмейстером был обрусевший швейцарский немец, губернский секретарь Отто Генрихович Штауф. Человек педантичный и прекрасный специалист. В свое время учился у очень хорошего фехтмейстера, земляка-швейцарца Балтазара Фишера.
В разговоре о Фишере мелькнула фамилия еще одного ученика - Сивербрика Ивана Ефимовича, и я моментально навострил ушки.
Я часто видел портрет этого человека. Он был вывешен при входе в наш фехтовальный зал. О нем я немало слышал и читал учебник по фехтованию, чьим автором он являлся. Даже учился по нему. По-моему, он преподавал и в царской семье. Александра II точно учил, а может и Николая.
Оказывается, он еще является фехтмейстером второго кадетского корпуса. А поскольку Смоленский корпус вроде как филиал старшего Санкт-Петербургского заведения, то Иван Ефимович наведывался и в Смоленск. Здорово.
Методические записки по обучению адептов были писаны именно его рукой. Хотелось бы встретиться с живой легендой русского фехтовального искусства. Тем более после восхвалений юного монитора. Ну очень юного. Насчет возраста я промахнулся на целых два года. Пацану только через месяц стукнет шестнадцать.