Устроил лошадей, устроился сам, чтобы и обзор был и минимальный комфорт. Прямо в стожке сена у сарайчика. Через открытую дверь поглядываю на лошадей. В лесу много не увидишь, лес надо слушать, а у лошади слух куда лучше человеческого. На любой посторонний звук уши стрелочкой ставят, вот тебе и сигнал - будь внимателен.
Ружье держу в одной руке, во второй - кусок вяленого мяса. Жую потихоньку, а то уже живот подвело, и наблюдаю. Из трубы домика появился дымок, топят, стало быть. Интересно, в доме есть еще кто-нибудь? Судя по отсутствию лошадей - нет, но с другой стороны за домиком кто-то приглядывать должен.
Вышел Васильев проверить как я. Оценил мою лежку и мой питательный процесс. Нет, мне начинает нравиться его ироничная мимика, надо перенять. Ни слова не сказал, но явно одобрил.
- Ваше благородие, если что, то я голоса подавать не буду, слишком тихо в лесу. Комок земли в двери кину вроде сигнала.
- Соображаешь унтер, не ошибся я в тебе. Ну, бди. Смены тебе не будет. Дотемна дежурить будешь. Может и завтра придется. Поглядим. - Когда капитан говорит по службе с нижними чинами, то всегда переходит на 'ты'.
Не пришлось. Где-то, через час лошади подняли головы, навострив уши. Вскоре и я расслышал звон железа и перестук копыт. Просигналил в дом, Васильев сразу вышел на крыльцо, вглядываясь в лесную чащу. Из-за деревьев выехали всадники. Двое, нет трое. Один - чуть в стороне. Капитан явно узнал прибывших, и был рад увидеть их. Пошел навстречу.
Двое, это вроде как начальник с сопровождающим, третий - просто мужик, но с ружьем и с повадками лесовика. Мою лежку вычислил враз, потому и отделился от остальных. Похоже - лесник и смотритель домика. Пока команды отбой не было, держу его на мушке как самого опасного.
Васильев, подойдя к всадникам, вытянулся перед начальником и бросил два пальца к фуражке, явно приветствуя старшего по званию, хотя тот был и в гражданском платье.
Все равно, пока не ослабляю внимания.
Прибывшие спешились, двое отправились в дом, а мужик занялся лошадьми. Входя вслед за гостями, капитан махнул мне, мол, все путем, и только тогда я вышел из укрытия. Пошел помогать леснику с лошадками. Свою он завел в сарай, а двум остальным ослабил подпруги и устроил у коновязи с кормушкой и поилкой. Те с аппетитом захрупали овсом.
Мужичок, молча расседлав лошадку, закинул ружье за спину и почапал в лес, оставив меня в гордом одиночестве тащить службу дальше.
Через час гости вышли, сели на лошадей и отбыли, забрав сумки. Васильев дал команду расседлывать и до утра отдыхать. Наконец хоть согреюсь.
Пока хлопотал у печки, готовя нехитрый перекус из саломахи с чаем, Васильев сидел и читал какую-то книжицу, стихи вроде. Но читал рассеяно, часто отрываясь и устремляя задумчивый взгляд в пространство. Лицо его было усталым и расстроенным.
- Сергей Александрович, взгляните. - Перейдя на обращение по имени - отчеству,
Васильев положил на стол две ассигнации в десять рублей.
- Одна из них - фальшивая. Вы сможете определить какая?
Я рассмотрел, пощупал фактуру, глянул на просвет. Ну не спец я по этому делу, а так на глаз одинаковые вроде.
- Мы с Вами, Сергей Александрович, везли две полные сумки таких фальшивок. Их изъяли у каторжан, что ловили месяц тому, а хранились они, как и золото у того самого, ограбленного и убитого помещика. Некоего Максима Фомича Ухова. Человека непубличного, скорее затворника, недавно приобретшего поместье, а до того проживавшего в Москве и из всех развлечений признававшего одну охоту.
До Государя поступали сведения о том, что в Париже печатают фальшивые деньги, после контрабандой доставляются в Россию, но доказательств этому, увы, не было. В числе прочих задач, негласных, более того, тайных, поставленных мне министерством финансов, входило и пресечение доставки контрабанды, выявление исполнителей и их арест.
Оказывается, разработана целая схема. Фальшивые деньги поступают в Россию и здесь обмениваются на золото, разумеется, не в пропорции один к одному. Империи наносился двойной вред - этими фальшивками и изъятием золота. Министерство финансов, взяв под контроль все движение крупных партий золотых монет, находилось в недоумении, чем контрабандисты расплачиваются за фальшивки. Оказывается, у них был такой, неучтенный источник - казна Сигизмунда, по крайней мере, ее часть.
Кто-то из деловых разбойных людей либо их тайных покровителей оказался в курсе таких операций. Они опередили меня, а главное, быстрее нашли человека, который являлся основным передаточным звеном. Быстро организовав нападение на усадьбу Ухова они отыскали и золото и фальшивки последней контрабандной партии, но вот уйти не смогли. Погубила жадность и геройство конюха, угнавшего лошадей.