Князь Кочубей явно изучал меня с любопытством, как я изучал бы отмытого беспризорника. По тому, как человек ведет себя за столом о нем много можно понять. Моей задачей было вести себя не скованно, но и не развязно. При этом нужно было поддерживать беседу, которую вел князь. Неожиданно для меня, я справился на отлично. Ну, по крайней мере, мне так показалось. Поведение мое за столом было вполне непринужденным, но и без дерзости, почтительным.
Речь за обедом шла о солдатской службе. Вы будете удивлены, но князь в юности тоже побегал с мушкетом нижним чином, простым армейским солдатом. Князь шутил на эту тему, я, стараясь не брякнуть лишнего слова, заверил, что некоторые вещи в армии - вечны, как примером - голод молодого солдата. Заглушить его могут только великолепные блюда с княжеского стола.
Беседовали мы в основном на русском, но князь непринужденно переходил на французский, английский и немецкий языки, только когда перешел на итальянский, я извинился и признался в своем недостатке знаний. Увы, но кроме польского, я больше языками не владел, да и французский мой был вовсе не идеален.
По завершении обеда князь пригласил меня в кабинет. Не тот где я увидел его впервые, а что-то вроде курительной комнаты.
Оружие, разукрашенное золотом и каменьями, развешенное на персидских коврах, курительные трубки на подставках, коробки с сигарами и потрескивавший веселыми огоньками камин создавали атмосферу роскошной доверительности. Здесь все располагало к беседе. Даже стоящие в кадках экзотические растения и погребец, полный самих различных напитков.
Князь Кочубей опустился в глубокое удобное кресло прямо против камина. На маленьком столике рядом с ним лакей моментально поставил бокал с рубиновой жидкостью. Терпкий вишневый запах шерри распространился по комнате.
Да, князья себе многое могут позволить. Напиток - божественный.
Говорят, что если налить этот шерри в дубовый бочонок и оставить лет на пять в подвале родового замка, то полученным напитком можно подкупить богов, чтобы они добавили еще сто лет жизни.
Я конечно не житель Олимпа, но и мне удалось отведать сего нектара. Князь предложил присесть. В момент и мне тоже поднесли хрустальный бокал.
Кроме того, князь угостил меня сигарой. Кочубей выбрал себе из коробки тикового дерева темную 'гавану', а после легким кивком отправил лакея с коробкой к моему креслу. Ну, это уж вообще. Событие - из ряда вон. Видимо изучение меня продолжалось.
Что же, раз предложил, то покурим. И гильотинкой мы умеем пользоваться, и с ритуалом курения сигары с шерри тоже знакомы. Обычай - старинный и не русский, но в военной хронике сэра Уинстона мы повидали, а его привычки описывались в сотнях книг.
И сигара, и напиток - выше всяких похвал, на сыр для мышки смахивает. Вот поэтому не расслабляюсь.
- Вы не против вернуться к нашему первому разговору? Светская беседа, это - приятно, но и о деле забывать не следует. - Проговорил князь. - Мы прервались на вашем докладе, ничего не хотите добавить?
- Нет, ваше высокопревосходительство, но я был несколько нездоров, мог и не вполне связно доложить. Все как в тумане было. Прошу ваше высокопревосходительство уточнить, что я должен говорить. Буду рад ответить на любой ваш вопрос. - С державными людьми вообще лучше лишнего не болтать. Буду придерживаться тактики ответов на вопросы.
- Хорошо. Как вам показался этот Валентин, он был действительно сильно изранен?
- Так точно, ваше высокопревосходительство. Пуля попала в грудь, только ребро и спасло, избит при скачке на раненой лошади и очень глубокая рана от сломанной ветки в плече. Занозы лично вынимал. Когда от погони уходили раны открылись, держался только на упертости да силе духа, но старался скакать наравне со здоровыми.
- Как убит полковник Смотрицкий?
- Со слов Валентина, от выстрела проводника в упор. Когда хоронили тело полковника, то его слова подтвердились. Был ожог от пороха и одежу припалило. Стреляли снизу вверх, как пеший человек в конного. От такой раны умирают мгновенно.
- Вы знали, что находилось в сумках?
- Так точно. После передачи сумок полковнику уже вечером мне об этом сообщил капитан Васильев. В сумках находились поддельные ассигнации. Видеть их никто не мог. Сумки были застегнуты и запечатаны.
- А дезертиры об этом знали?
- Узнали от проводника, со слов того же Валентина. А вот откуда узнал это простой мужик - не знаю. Увидеть, что внутри, не было никакой возможности.
- Теперь такой вопрос. Отчего вы отправились сперва в министерство финансов?
- Я действовал, руководствуясь приказом моего командира. Мне было приказано доставить пакеты именно в таком порядке, но Вы, Ваше высокопревосходительство должны были прочесть пакет первым, хоть и получить вторым. Как я этого добьюсь, это капитан Васильев отдал на мою смекалку.