Плачь, не плачь, а деваться некуда, волю княжью надо исполнять. И поехал Фрол Зацепьев в тьмутаракань, за сто верст киселя хлебать. Жена его Анфиска с ним не поехала.
На том сказка про Фрола Зацепьева – хитромудрого борца с коррупцией окончен. А уж выводы из сказки, добры молодцы, делайте сами!!!
Alex Squally (Алексей Скворцов) © 2017г
Сказка про Ивана-мента и его необычайную командировку. 18+
День первый.
Для аутентичности данная сказка написана на русском, олбанском, а так же с примесью разных сленговых словечек, перевод которых автору делать лень. Потому в детских учреждениях, как-то: детские сады, школы, ПТУ, колледжи (техникумы) и ВУЗы рекомендуется к прочтению только после ее вольного перевода на русский литературный язык.
Ой чей-то давно я сказок не сказывал, все как-то не до сук было, работа измучила, теперь же, в страстную неделю, есть немного времени, буду вам сказку рассказывать.
В некотором царстве, в некотором государстве в одну седьмую суши под названием Расея жил да был, и сейчас живет и здравствует мент, а зовут того мента Иван, Колькин сын, свет Ишин (читатель скажет опять про мента рассказ, но что сделаешь, ежели автор ничего акромя ментовки не знает). И ничем тот мент особливо от других людёв не отличался, а известен был токмо в узких ментовских кругах. Не был он внебрачным сыном костюма Карлсона, не был наследственным сыном Серова, али какого еще известного артиста с погорелого театру, Виталине Цимбалюк-Романовской юридические услуги не оказывал, никаким боком к Дианке Шурыгиной не прислонялся, и даже рядом с той девицей нетяжелого поведения не мелькал. Обыкновенный человек, таких почти сорок миллионов в Расеи живут (почти шестьдесят миллионов-то женщины, от них Иван Ишин радикально отличался).
Чаво исчо про Ваньку Ишина можно сказать: мент как мент. Начинал службу с сержантов, потому первым делом старослужащие обучили молодого мента самой главной ментовской премудрости – как от службы ховаться. Вроде ты и на службе, а ходишь себе груши околачиваешь, потому промеж себя менты их зовут «околоточные». Разные еще должности в ментовке есть, вот и «рос» Ванька Ишин потихоньку. После околоточных ушел в вертухаи, из вертухаев помогалой в дежурку пошел, из помогалы до дежурного дослужился, урядником одно время был, дознавашкой тоже служил. А потом, к пенсии ближе, сбылась не самая главная мечта Ванькина, и нашел он такое офицерское место, где и работы особливо нет, и зарплату нормальную платят, все отделовские Емели Ваньке обзавидовались. Конечно, больше всего на свете мечтал Ванька гайцом стать, но не судьба, видать рылом не вышел.
Ну, как не особливо было работы, с выходными как и у всех, у Ваньки проблемы были, точнее никаких проблем не было, потому как и выходных не было. И чем больше у цивильных граждан было выходных, тем меньше их было у милиционеров, а плюс дни: ВМФ, ВДВ, погранцов и т.д. – та еще веселуха. Особливо интересным был апрель: день космонавтики, день рождения Гитлера, день рождения Ленина, Пасха, Радоница – во все дни усиленный вариант несения службы в бронниках, «сферах», с щитами, ПР-73, противогазами – почувствуй себя черепашкой-нинзя. Просто в рабочий день мог Ванька проеб@ться, причем отмаз у него всегда был железобетонный, а вот какой – так то тайна государева, вот потому коллеги и завидовали.
Была, конечно, и у Ваньки одна особенность, после командировки в СКР (Северо-Кавказский регион), в самостийную Ичкерию она появилась, как выпьет Ванька более трех рюмок столового вина № 42, так кажется ему, что его злобные нохчо окружают. Закроется тогда Ванька в какой-либо комнате, возьмет что в руки попадется и держит оборону до утра. А утром, как солнце встанет, выходит Ванька из осадного положения. И не то, что с ним в Ичкерии такой конфуз случился, нет. Дежурным полгода был Ванька в Ханкале, через сутки на смену ходил, сутки дежурит, сутки спит, некогда было по всяким проверкам паспортного режима ездить. Наверное из-за постоянного недосыпу с ним такой конфуз и вышел. Врачи выдали заключение, что Ванька к службе годен, но… с ограничениями, вот ему, после командировки, теплое место и подвалило.
Но с Ванькой никто, апосля первого припадку, бухать не стал, хрен его знает, а вдруг примет за злобного нохчо, отмахивайся от него потом, а одному, «в черную голову», Ивану было пить западло. Вот вроде и хочется ему выпить, да, блин, не с кем и… страшно, очень Ванька за свое очко переживал, потому как «чехи» к нему только с одной целью и лезли: лишить Ваньку девственности хотели. Вот и не пил Ванька горькую, нет, две рюмки он себе мог позволить, но разве ж с двух рюмок есть какой кайф, уж лучше совсем не пить, чем так над собой изгаляться.