Я не могла представить его таким. Увлечённым чем-то настолько, что его лицо теряет этот привычный холод, становится полностью нейтральным, погружённым в процесс.
Это было чертовски притягательно.
Как-то раз я услышала его разговор с Никитой. Они обсуждали какие-то изменения в системе, что-то про архитектуру, про безопасность, и в его голосе не было того обычного спокойствия, наоборот – был азарт. Настоящий. Нечто такое, что выбивалось из его привычного образа.
А потом…
Я случайно увидела его реакцию на сообщение.
Всего раз.
И то, как его взгляд на мгновение потеплел, как дрогнули губы, как на лице появилось нечто почти незаметное – намёк на тёплое чувство.
Но это длилось секунду.
Он быстро закрыл телефон, спрятал эмоцию, и снова стал ледяным, отстранённым, будто этого момента вообще не было.
Я ловила все эти мелочи.
Собирала их в свою коробку, чтобы ночью лежать и фантазировать, домысливать, додумывать, анализировать, бесконечно думать, думать, думать…
О нём.
Было воскресенье, и мы с Сашей сидели у меня дома.
Она устроилась на диване, забравшись с ногами, медленно листала ленту в телефоне, а я цедила виски с колой, лениво покачивая стакан в руке. Свет был приглушённым, на фоне играла тихая музыка, но внутри у меня было слишком много шума.
Я не замолкала.
Вываливала всё, что было в голове.
— Это невозможно. Я увязаю. Глубже, чем думала. Каждый раз говорю себе, что нужно держаться, что не стоит терять голову, но он… — я судорожно вздохнула, пригубила виски и скривилась. — Он как чёртов наркотик. Я просто не могу остановиться.
Саша молча слушала, наблюдала за мной с прищуром, будто пыталась понять, что сказать.
— Может, он тоже этого хочет? — её голос был спокойным, но внимательным.
Я усмехнулась, снова приложилась к бокалу и покачала головой.
— Не думаю. Он слишком отстранённый. Даже в самые горячие моменты, между нами, я чувствую, как он держит границы.
— И ты не пыталась их сломать?
Я фыркнула.
— Ещё как.
Саша чуть улыбнулась, отложила телефон и потянулась за бутылкой, чтобы подлить мне виски.
— Может, он сам сломается? В конце концов, вы уже сколько вместе?
Я выдохнула.
— Вместе? Мы просто спим, Саш. Он ничего мне не обещает. Не говорит лишних слов. Он не звонит, не пишет, кроме как для встреч. И да, я знаю, я сама этого хотела. Но, чёрт возьми, я не думала, что он так меня зацепит.
— А ты думала, что получится иначе?
Я зависла.
Саша смотрела на меня внимательно, изучающе, подперев щёку рукой.
— Ты шла к нему осознанно. Ты знала, кто он, что он не тот, кто строит отношения. Ты видела, каким он бывает. Но ты всё равно пошла. Так скажи, ты правда не понимала, что он может вот так тебя затянуть?
Я открыла рот, чтобы ответить, но слова не находились.
— Маш… — Саша нахмурилась, склонила голову чуть набок. — Что тебя в нём цепляет?
Я медленно провела пальцами по бокалу, задумавшись.
— Не знаю.
— Ну уж нет. Знаешь.
Я сглотнула.
— Он… — я закусила губу, подбирая слова. — Он слишком сильный. Не в физическом плане, а… внутренне. Понимаешь? Он держит себя так, будто ему никто не нужен, будто он способен раздавить любого, если захочет. У него этот ледяной взгляд, этот голос, эти… стены.
Саша кивнула, продолжая слушать.
— И мне хочется пробиться через это. Я хочу его увидеть другим. Не только в постели. Я хочу понять его.
— Ты уверена, что это не просто азарт?
Я вздрогнула.
— В каком смысле?
— Может, тебя цепляет именно недоступность? Адреналин? Твой азарт? Может, тебе интересно именно потому, что он держит дистанцию?
Я открыла рот, чтобы возразить, но замолчала.
— Блин, Маш, — Саша наклонилась вперёд, смотря мне прямо в глаза. — Ты слишком глубоко залезла.
Я сглотнула.
— Я знаю.
Мне стало страшно.
То, что сказала Саша, врезалось в меня, оставляя после себя удушающее ощущение, будто я уже не управляю ситуацией, будто я уже слишком глубоко погрязла в этом.
Я судорожно вдохнула, пытаясь как-то отвлечься, сбросить это наваждение, перевести тему, отстраниться, не думать хотя бы на мгновение.
Я посмотрела на Сашу, на её спокойное лицо, на то, как она водила пальцем по краю своего стакана с соком, и внезапно меня кольнуло осознание.
— А почему ты мне не составляешь компанию? — я вскинула бровь, сощурилась, прищуренно посмотрела на неё. — Уже который раз отказываешься со мной выпить.
Саша замерла.
Буквально на секунду.
А потом быстро перевела взгляд на меня, и я увидела, как она нервно закусила губу.
— Сань… — я выпрямилась, поставила бокал на стол. — Что-то не так?
Она сглотнула, отвела глаза в сторону, провела рукой по волосам, а потом выдохнула и, не глядя на меня, произнесла:
— Я жду ребёнка.
Я не сразу поняла смысл сказанного.
Я смотрела на неё, смотрела, как она неуверенно потёрла ладони, как её плечи чуть приподнялись в напряжении, и в этот момент по мне будто ударила молния.
— ЧТО?! — я резко вскочила с дивана, бокал качнулся, чуть не опрокидываясь, но я уже не замечала ничего, кроме неё.
Саша подняла голову и посмотрела на меня, и её губы дрогнули в улыбке.
— Ты… ты… — я начала хватать ртом воздух, пытаясь осознать. — Ты серьёзно?!
Саша кивнула, всё так же сдержанно, но я уже видела по её глазам, что она и рада, и волнуется одновременно.
— Ты беременна?!
Она рассмеялась.
— Да, Маш.
Я вскрикнула, взметнула руки вверх, запрыгала на месте, а потом метнулась к ней и крепко обняла.
— Чёрт, Сашка! Я стану тётей?!
Саша рассмеялась ещё громче, обнимая меня в ответ.
— Да!
Я тут же отстранилась, схватила её за плечи и посмотрела прямо в глаза.
— Почему ты мне раньше не сказала?!
Она вздохнула, пожала плечами.
— Я не была уверена. До недавнего времени. А теперь уже точно.
Я закусила губу, чувствуя, как внутри поднимается такой вихрь эмоций, что я не знаю, смеяться мне или плакать.
— Боже, Саша… — я провела рукой по волосам, садясь обратно. — Это так… офигенно.
Саша мягко улыбнулась, снова взяла стакан в руки.
— Я хотела, чтобы ты сначала выговорилась, а потом уже сказать.
Я хмыкнула.
— Ну теперь я точно не засну!
Она рассмеялась, но тут же осеклась, потому что я вдруг резко подалась вперёд, сузила глаза и настойчиво спросила:
— Как отреагировал Егор?
Саша закатила глаза, но улыбнулась.
— Был счастлив. Как только узнал, схватил меня, закружил, сказал, что я сделала его самым счастливым человеком.