Почему он? (СИ)

Я лениво ковырялась в ноутбуке, механически щёлкала по вкладкам, даже не пытаясь сосредоточиться, когда телефон коротко завибрировал рядом после обеда.

Я машинально посмотрела на экран. И в этот момент у меня чуть не случился сердечный приступ.

"Как ты себя чувствуешь?"

Я уставилась в экран, будто видела не слова, а что-то запредельное, нереальное, то, что должно было случиться в какой-то альтернативной вселенной, но никак не в этой.

Я перечитала сообщение снова. И снова. И снова.

Он написал.

Он спросил.

Олег, который за всю нашу историю общения не задавал мне подобных вопросов, который не интересовался.

Господи.

Я судорожно выдохнула, чувствуя, как сердце бешено колотится, как по телу пробегает волна какого-то неправильного, запредельного счастья, как хочется просто заболеть по-настоящему, чтобы он спросил ещё раз.

Я глубоко вдохнула, успокаивая себя, заставляя не реагировать так отчаянно, заставляя не придавать этому слишком большого значения, но внутри всё равно что-то переворачивалось.

Пальцы сами напечатали ответ:

"Лучше. Но пока ещё останусь дома."

Я отправила сообщение и тут же зажала телефон в ладонях, будто боялась, что оно сейчас исчезнет.

Боялась, что это был какой-то сбой в системе.

Я сидела, уставившись в монитор, бездумно водила мышкой по экрану, но даже не видела, что открыто передо мной. Работа? Нет, спасибо, не сегодня. Сейчас мне было просто хорошо. Глупое, бесстыдное счастье разливалось по телу, а улыбка сама собой тянулась к губам. Он написал мне. Он спросил, как я себя чувствую.

Может, где-то там, под грудой его мышц и холодного взгляда, очень-очень глубоко, но ему не всё равно? Хотя бы на крошечный процент? Я встряхнула головой, заставляя себя не залипать на телефоне, встала с дивана и отправилась заваривать чай. Чёрный, крепкий, с лимоном. Хотелось уюта, чего-то согревающего, домашнего. Заварив его в своей любимой кружке с принтом из старого детектива, я снова улеглась на диван, устроившись под пледом, свернулась клубком и включила фильм.

Разумеется, триллер.

Ничего не могу с собой поделать, это мой жанр.

Повествование разворачивалось медленно, завораживающе. На экране мелькали сцены расследования, тугой клубок улик начинал развязываться, и я уже углубилась в сюжет, когда где-то в стороне завибрировал телефон.

Я моргнула, на секунду зависая, прежде чем машинально сунуть руку из-под пледа и нащупать устройство. Разблокировала.

И тут же замерла.

"Какая у тебя квартира?"

Я вылезла из-под пледа, села, уставилась в экран, перечитывая снова, пытаясь осознать, что это действительно написал он. Номер. Он хочет знать мой номер квартиры.

Судорожно набрала ответ, пальцы дрогнули, но я быстро отправила сообщение, даже не успев осознать, что делаю.

"13. 5 этаж."

Я бросилась к окну. Парковка. Надо посмотреть парковку!

Но, дойдя до подоконника, вспомнила — мои окна выходят на другую сторону.

Я резко развернулась, посмотрела на телефон, потом на дверь.

Нет, ну это же невозможно?

Он просто спрашивает. Просто интересуется. Это вовсе не значит, что...

ДЗЫНЬ!

Я подскочила, сердце ухнуло вниз, резко ударило о рёбра, и я застыла, как олень в свете фар. Я, не дыша, медленно подошла к двери, на секунду замерла перед глазком, глубоко вдохнула, будто это могло подготовить меня к тому, что я увижу.

Посмотрела.

О, боже.

Он.

Одет в тёмную байку и кожанку, с неизменным спокойным лицом, он просто стоял перед моей дверью.

Перед моей.

Я вцепилась в дверную ручку, ощущая, как предательски дрожат пальцы.

Он здесь.

Олег здесь.

Я сглотнула, задержала дыхание, затем медленно повернула замок и открыла дверь. Я стояла, сжимая дверную ручку, в голове шумело от осознания того, что он здесь, прямо передо мной, на пороге моей квартиры.

Олег молчал.

Я молчала.

Но потом всё же сделала короткий вдох, сглотнула ком в горле и наконец разжала пальцы, чуть шире распахнув дверь.

— Заходи.

Я не была уверена, что вообще сказала это вслух, но он кивнул, шагнул внутрь, переступая порог, а я машинально отступила назад, давая ему пространство.

В этот момент я заметила пакет в его руке.

Бумажный, не слишком большой, но плотно запечатанный. Я не успела спросить, что это, потому что буквально почувствовала на себе его взгляд.

Я медленно подняла голову.

Он смотрел внимательно. Оценивающе.

И только сейчас до меня дошло, как я выгляжу.

Я судорожно провела ладонями по лицу, как будто могла стереть следы сна, распушенные от подушки волосы, кофту с пятном от утреннего чая, а затем криво усмехнулась, выдавливая из себя:

— Я... эм, не ждала гостей.

— Это видно, — спокойно ответил он.

И едва заметно улыбнулся.

Скупо, едва, но этого оказалось достаточно, чтобы внутри меня что-то дрогнуло.

Чёртовы бабочки.

Я машинально перекатилась с носка на пятку, пытаясь подавить нервное волнение, а потом, вспомнив, что хозяйка здесь вообще-то я, сделала вид, что веду себя абсолютно нормально.

— Проходи. Будешь кофе?

Я поняла, что предложила его зря, когда увидела выражение его лица.

Он точно откажется.

Я уже заранее почувствовала разочарование, внутренне проклиная себя за этот идиотский вопрос, но в этот момент он мазнул по мне взглядом, коротко выдохнул и совершенно спокойно сказал:

— Ок.

Я замерла, секунду непонимающе глядя на него.

Что?

Но потом спохватилась, быстро развернулась, пока он не передумал, и пошла на кухню, даже не замечая, что уже улыбаюсь. Но не успела сделать и пары шагов, как он окликнул меня.

— Держи.

Я обернулась.

Он протянул мне бумажный пакет.

— Это что?

— На поправку.

Я прижала его к себе, зачем-то провела пальцами по краю, сжав его немного, но не открывая.

— Раздевайся, — вылетело у меня автоматически.

Он поднял бровь. Я моргнула.

— В смысле... куртку сними! Или что там у тебя!

Я нервно засмеялась, махнув рукой в сторону ванной, а сама мысленно дала себе по голове.

Он ничего не сказал, только медленно кивнул, а я уже судорожно пыталась не думать о том, как ужасно я сейчас выгляжу.

Я вышла из кухни, держа в руках две кружки, и замерла, на мгновение останавливаясь у дверного проёма, наблюдая за ним.

Он сидел в кресле, чуть развалившись, одной рукой свободно опирался на подлокотник, в другой держал свой телефон, но экран был потухший, а сам он смотрел на мой зал.