К этому времени вокруг Чечни была уже сосредоточена почти пятидесятитысячная группировка федеральных войск. Все говорило о том, что вот-вот начнется «наземный этап» операции в Чеченской Республике. При этом, однако, «информированные» люди утверждали, что речь может идти «не о широкомасштабной войсковой операции, направленной на установление контроля над всей территорией Чечни, а о серии спецопераций по уничтожению бандформирований в сочетании с ударами по базам боевиков с воздуха».
Это подтвердил и Путин уже в казахской Астане, куда прилетел из Ростова-на-Дону. По его словам, никакой широкомасштабной военной операции в Чечне не планируется.
24 сентября все в той же казахстанской столице Путин сделал свое знаменитое, можно сказать, обессмертившее его имя заявление:
«Российские самолеты наносят и будут наносить удары в Чечне исключительно по базам террористов, и это будет продолжаться, где бы террористы ни находились… Вы уж меня извините, если в туалете поймаем, то и в сортире их «замочим»…»
С этого времени такого рода полублатные, «народные» речевые обороты сделаются фирменным стилем российского премьера, а впоследствии президента. Без сомнения, многим они придутся по нраву, будут содействовать росту популярности Путина у народных масс.
Решительные жесткие действия нового начальника на Северном Кавказе также нашли живой отклик в сердцах российских граждан. По опросам Фонда «Общественное мнение», проведенным 13 ноября и 11 декабря 1999 года, эти действия одобряли две трети наших соотечественников, отрицательно их оценивали менее одной пятой.
Подавляющее большинство опрошенных высказалось также за то, чтобы федеральные войска продолжали продвижение вглубь Чечни, не останавливаясь ни у Терека, ни у горной ее части (тогда кое-где в прессе еще велись споры об этом)…
В общем, основная масса российских граждан выступала за то, чтобы «мочить их в сортире».
Понятно, что «серия спецопераций» в Чечне переросла, вопреки уверениям Путина, именно в широкомасштабную войну и закончилась взятием Грозного.
Ельцин покидает Кремль
Друг голосует за друга
Осенью 1999 года произошло некое «предвыборное» событие, связанное с именем Путина. 29 октября, будучи во Владивостоке, глава МЧС, он же лидер «Единства», Сергей Шойгу прямо заявил:
«Я не скрываю, что мы хотим провести в Госдуму проправительственную фракцию».
Иными словами, «Единство» открыто заявило о себе как о «партии Путина».
Ответный жест со стороны премьера последовал менее чем через месяц. 24 ноября 1999-го Путин сделал встречное заявление: на предстоящих выборах в нижнюю палату и он «как гражданин» будет поддерживать движение «Единство». При этом он назвал две причины такого решения: «Единство» единственное из всех партий и политических движений, которое к этому моменту четко заявило, что оно «будет работать с правительством»; вторая причина: лидер «Единства», министр по чрезвычайным ситуациям Сергей Шойгу его, Путина, «близкий друг».
Что ж, причины уважительные. Ты мне, я тебе.
Результат взаимной симпатии двух друзей (публично высказанной) был четко зафиксирован социологами Фонда «Общественное мнение» уже 27–28 ноября: по данным опроса, проведенного в эти дни, доля тех, кто собирается голосовать за «Единство», выросла почти вдвое с восьми до четырнадцати процентов. По заключению социологов, «столь резкое усиление «Единства» нельзя не увязать с прозвучавшей на прошедшей неделе поддержкой этого объединения со стороны премьер-министра Владимира Путина».
19 декабря состоялись очередные выборы в Госдуму. Коммунисты оказались первыми (24,29 процента), но «Единство» уступило им совсем немного (23,32). Общее мнение было: это триумф Путина, это широко распахнувшиеся перед ним двери в президентство.
Голосуя за «Единство», люди голосовали за Владимира Путина, уверенно констатировал пресс-секретарь этого движения Михаил Маргелов.
«Итоги парламентской кампании стали доказательством того, что Борис Ельцин не ошибся в выборе своего преемника — Владимира Путина. Результаты голосования в Госдуму однозначно определили фаворита президентской кампании», — захлебываясь от восторга, заявил первый заместитель главы кремлевской администрации Игорь Шабдурасулов (именно он нес в администрации персональную ответственность за продвижение «Единства»).