— Ты реагируешь, как маленькая девочка, которой родители не купили красивую куклу. Не надо, Оксана. Ты взрослый человек, учись владеть собой. Даже если кто-то не отвечает на твои чувства, это не причина так злиться. Или ты никогда не влюблялась безответно?
Ксене стало неловко, щёки вспыхнули жаром.
Безответно, значит… Да как он… Да что он…
Мысли путались, вновь хотелось закричать, но она сдержалась, помня о предупреждении.
А ведь и правда не влюблялась. Все молодые люди, которых Ксеня выделяла из остальных, всегда отвечали ей взаимностью. Яков и вовсе первый влюбился… давно-давно, ещё в детстве.
— Не влюблялась, — призналась она негромко, и Игорь Николаевич кивнул.
— Что ж, это всё объясняет. Ты привыкла к определённой реакции, не получила её от меня и обозлилась. А теперь я хочу, чтобы ты поняла. Ты симпатичная женщина, если не сказать красивая. Но во-первых, ты замужем.
— Я развожусь! — выпалила Ксеня тут же и обрадовалась. — Если это причина…
— Не единственная причина, — по-прежнему мягко, но непреклонно перебил её Полянский. — Я начал с неё, поскольку она казалась мне самой безапелляционной, но в принципе она не главная. Оксана, я — не юноша, которым руководят гормоны. Да, физиологически ты мне приятна, но этого недостаточно. Мне полтинник, и я не хочу иметь рядом с собой эмоционально незрелого человека. Ты импульсивна, склонна на глупости, почти не владеешь собой и чересчур капризна. Я говорю всё это не для того, чтобы тебя обидеть, пожалуйста, пойми. Просто у людей разные вкусы, мне нравятся другие женщины.
— Эмоционально зрелые? — язвительно усмехнулась Ксеня, но Игорь Николаевич на провокации не поддался.
— Да, именно так. Я не вижу тебя рядом с собой. Прости, ты вынесешь мне весь мозг своим поведением. Кроме того, мы вместе работаем, а на работе я предпочитаю не заводить отношений. Последним правилом я мог бы и поступиться, но не стану. Мы друг другу не подходим, Оксана. Ты же сама только что сказала, что я бесчувственная ледышка, а ты женщина горячая, темпераментная, тебе нужен другой человек. Но не следует воспринимать мой отказ как личное оскорбление. Возможно, для тебя это новый опыт, но он будет полезен. Так бывает — один хочет отношений, другой не хочет, но психовать из-за этого — не выход.
Ксеня хмуро, исподлобья смотрела на Игоря Николаевича, и изо всех сил боролась со своими эмоциями. Ей не хотелось, чтобы он понял, как ей больно и неприятно всё это слышать.
Да, её никогда не отвергали — если не считать развода с Яковом. Но даже тогда отказ не ранил настолько сильно.
— Я надеюсь, мы с тобой сохраним нормальные рабочие отношения, — подытожил Полянский, убрав ладонь с её талии и отступив назад, к столу. — Надеюсь, что ты поймёшь: ничего страшного не случилось. Если ты сможешь перешагнуть через личное и спокойно вернуться к обязанностям, без истерик и прочего, по правде говоря, сильно вырастешь в моих глазах. У тебя есть потенциал, Оксана. Но не хватает уравновешенности.
«Он считает меня инфантильной девицей, — неожиданно осознала Ксеня. — И вряд ли воспринимает всерьёз мои чувства. Думает, что стал для меня не более чем капризом, а возиться с капризными девчонками не для него».
Выпрямившись от этой мысли, Ксеня натянуто улыбнулась и кивнула, обещая самой себе, что сделает всё, чтобы доказать Полянскому — она не такая. Она может быть сдержанной.
— Спасибо за разговор, Игорь Николаевич. Я всё поняла, учту. Могу идти?
— Конечно, — согласился он, и Ксеня, развернувшись, на деревянных ногах вышла из его кабинета, ощущая, как обливается кровью сердце маленькой девочки, чуть ли не впервые в жизни столкнувшейся с чужими принципами.
126
Яков
Первое заседание суда прошло для Якова неожиданно.
Несмотря на то, что целый месяц Ксеня практически не отсвечивала и не проявляла инициативы, более того — благосклонно относилась к тому, что он забирал мальчишек на всю субботу и часто с ночёвкой, Яков ожидал, что жена попытается как-то воспротивиться, невзирая на согласие подписать мировую. Сложно было ожидать иного поведения, но Ксеня его удивила: она осталась безучастной, спокойно подтвердила то, что не возражает против развода, готова на оформление соглашения и прочее. Это было поведение взрослого человека, который осознал, что борьба будет бессмысленной и бесполезной, а значит, лучше отступить и идти собственным курсом.
Суд, конечно, дал им время на примирение, но ограничился одним месяцем, из-за чего Яков чуть радостно не заорал прямо в зале — совершенно не думал о подобном исходе. Неужели он будет свободен уже через месяц?! Удивительно. Конечно, Ваня сообщал ему, что Ксеня погрузилась в новую работу и почти не обращает внимание на окружающий мир, но подобного эффекта Яков не ожидал. Вот тебе и смена стратегии!