Вот же невезуха! Ей так хотелось умыться, чтобы избавиться от ощущения жара на щеках.
— Оксана.
Она замерла, ощущая, как по спине сразу поползли взволнованные мурашки.
Зачем он пошёл за ней? Почему не остался в зале? Она же сказала, что идёт в туалет, а потом отправится домой.
— Да, Игорь Николаевич, — выдохнула Ксеня, всё-таки разворачиваясь лицом к мужчине, которого хотелось одновременно и стукнуть, и зацеловать. — Вы что-то хотели?
— Игорь. Называй меня просто по имени. Позволишь довезти тебя до дома?
— Ни к чему. Я на такси доберусь.
— И всё же, — мягко, но настойчиво продолжил он. — Позволь.
— А как же ваша сестра?
— Твоя.
— Что?
— Называй меня на «ты», — повторил он, улыбнувшись. — Я думаю, что хватит ритуальных танцев. Я знаю о твоём интересе. Хотя в последнее время, признаюсь, я начал думать, что у тебя всё прошло. Но сегодня понял, что ошибался.
Она вновь вспыхнула от раздражения и сжала зубы, чтобы не сказать какую-нибудь колкость.
— Извини, — неожиданно покаялся Полянский. — Просто мне не хотелось тебя тревожить, вот я и решил проверить. Видишь ли, я устал сопротивляться. Хочу попробовать быть с тобой. Позволишь?
Он протянул Ксене руку, и вся злость тут же растворилась, как соль в воде.
— Да! — то ли прошептала, то ли пропищала Ксеня, делая шаг вперёд, и зажмурилась от счастья, оказавшись в объятиях мужчины, который стал её первой любовью.
Полина
— Паша, стой! Отдай ленточку! Я её ещё не повесила! — голосила Иришка на всю квартиру, гоняясь за братом, который больше мешал, чем помогал.
День рождения Якова приходился на конец октября, и так уж совпало, что сегодня как раз выпал первый снег, резко похолодало, и осень в одночасье превратилась в преддверие зимы. У Оксаны намечался какой-то корпоратив, поэтому она попросила Якова забрать Пашу из школы, но поскольку мы с ребятами готовили имениннику сюрприз, за детьми поехал Ваня. Он же привёз их в нашу квартиру, и я сразу дала всем троим задание украсить квартиру к приезду отца.
Яков переселился ко мне и Иришке, отказавшись от снятия отдельного жилья, полгода назад. По-видимому, он искренне считал, что сильно виноват передо мой, и что должен обеспечить полноценный ухаживательный период — потому что действительно не спешил. Порой оставался у меня на ночь, но в остальном вёл себя как жених, который пытается завоевать расположение невесты. Осыпал подарками и знаками внимания, но не спешил переселяться. Так и говорил:
— Поль, ты ещё успеешь погрузиться в быт, правда. Неужели настолько хочешь гладить мне рубашки?
Я даже немного дулась, но не могла не признавать его правоту — у нас ведь и правда не было такого периода, который бывает у обычных пар, когда они просто встречаются и наслаждаются обществом друг друга без лишних хлопот и надоевших семейных обязанностей.
И всё-таки этот день пришёл. И как бы я ни наслаждалась тем, что происходило до переезда Якова, какое бы удовольствие не испытывала от его ухаживаний, когда у меня появилась возможность видеть любимого мужчину каждый день, я стала ещё счастливее.
И вот — теперь мы все вместе, даже с Пашей, который за прошедший год привык ко мне, как к неизбежному злу, собираемся отмечать день рождения Якова. Я и бабушка готовим праздничный ужин, а Ваня, Паша и Иришка наряжают квартиру. Правда, они, кажется, перепутали день рождения с Новым годом. По крайней мере именно так я подумала, когда увидела, что Паша принялся размещать снежинки в большой комнате.
— А это зачем? — удивилась я. — Не Новый год же.
— Зато первый снег! — отрезал мальчик и продолжил своё дело. Не успела я оглянуться, как в гостиной начался почти настоящий снегопад, поскольку Ване и Иришке понравилась эта идея и они поспешили присоединиться к брату.
Затем дети переместились в прихожую и коридор. Белая бумага для снежинок закончилась, зато остались покупные разноцветные ленточки, шарики и разноцветные большие буквы из бумаги — надпись «С днем рождения», которую предполагалось разместить на стене напротив входной двери.
— А ты догони! — веселился Паша, хохоча и убегая от Иришки, но я не вмешивалась — знала, что дети справятся сами. Я вообще никогда не вмешивалась в то, что происходит между ними. Знала, что они всё равно не умеют злиться друг на друга всерьёз.
За прошедший год характер Паши претерпел существенные изменения, став гораздо мягче. Конечно, он всё равно остался недоверчивым и замкнутым мальчиком, с настороженностью относящимся к любым изменениям и новым людям в своей жизни — в общем, как выразился Ваня: «Остался ёжиком, но стал реже сворачиваться в клубок». И ко мне относился проще, что позволило нам спланировать совместный вечер. Впервые, между прочим! Я была уверена: Яков будет этому рад больше, чем остальным подаркам.