Ксеня даже сразу позвонила и сообщила мужу о своём триумфе — не выдержала. Ожидала удивления — он ведь наверняка считает её никчёмной и несамостоятельной! — но Яков ничуть не удивился. Обрадовался — это несомненно. Пожелал ей удачи, кажется, вполне искренне, и сказал:
— Ничуть не сомневаюсь, ты быстро вырастешь в должности. Если захочешь этого, конечно.
— Да-а-а, — протянула Ксеня и польщённо улыбнулась. — Я всегда добиваюсь, чего хочу!
На это заявление Яков тактично промолчал.
111
Яков
Всю следующую неделю Яков внимательно следил за происходящим у Паши и Иришки, разговаривая с дочерью каждый вечер, и радовался тому, какую понятливую девочку вырастила Полина. Иришка, пусть и с нетерпением ждала, когда папа расскажет Пашке правду, вела себя очень деликатно, не торопила и хранила тайну. А ещё — дружила с братом, отставив в сторону остальных одноклассников, и это, как ни странно, помогало мальчишке смягчиться. По крайней мере Яков с каждым днём замечал, что Пашка становится всё менее и менее колючим. Хотя он не исключал, что дело не только в Иришке, которая была для его младшего сына словно бальзам на душу, но и в том, что говорил и делал Ваня.
Старший методично, день за днём, настраивал Пашку на новую жизнь. А ещё понемногу, шаг за шагом, постепенно, подводил того к мысли, что другая семья у папы в будущем — это нормально.
Возможно, эффект был бы не столь виден, если бы Ксеня по-прежнему продолжала свою психологическую травлю. Но жена отступила, решила следовать иной стратегии, и от Пашки отстала. По-прежнему провожая сына в школу и забирая его с продлёнки ближе к вечеру, Ксеня больше не обсуждала их с Яковом развод. По крайней мере так говорил Пашка, и Яков был склонен ему верить.
В пятницу они с Ваней наметили важное дело, причём инициатором был именно старший ребёнок.
— Я изначально думал, что тебе будет лучше рассказать всё сразу в субботу, когда мы встретимся, — объяснял Ваня, — но чем больше общаюсь с Пашей, тем сильнее убеждаюсь, что лучше сделать так, как ты сделал со мной. Давай про наличие сестры я расскажу ему сам? В пятницу заберу Пашку из школы, договорюсь с мамой, она только рада будет. Пойдём с ним в кафешку, там я всё и расскажу.
— Всё?
— Не всё, да, — поправился Ваня. — Только про то, что сестра есть, а не кто она. Это уж ты сам в субботу, когда Пашка немного переварит новость.
— Уверен? — уточнил Яков, хмурясь. — Это ведь моя обязанность, Вань, а не твоя. Давай я подъеду?
— Нет, — решительно отрезал Ваня. — На тебя Пашка вызверится сразу, в истерике начнёт биться. А если рядом буду только я, есть шанс, что он притормозит и задумается. По крайней мере я постараюсь, чтобы так и было. — Ваня вздохнул и продолжил: — Честно признаюсь, пап, я не ради тебя это делаю, а ради Пашки и Иришки. Хочу, чтобы они дружили. Мы когда с ней в среду пообщались, я ясно увидел: она — то, что ему нужно. Знаешь, как инь и янь.
— Ян.
— Да неважно, ты ж меня понял. Чёрное и белое, короче. А! Вспомнил! В «Мастере и Маргарите» похожее сравнение было. Когда Воланд разговаривает с этим… учеником Понтия Пилата. Помнишь?
— Помню, — кивнул Яков и процитировал: — «Ты произнёс свои слова так, как будто ты не признаёшь теней, а также и зла. Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твоё добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с неё исчезли тени? Ведь тени получаются от предметов и людей».
— Вот-вот! — обрадовался Ваня, восхитившись: — Как у тебя получается запоминать так легко огромные куски текста? Я помню только общую идею, но не слова!
— На самом деле главное, что ты помнишь идею. А слова… не настолько важны. Не зря же Булгаков изначально сжёг свой роман, а затем восстановил его. В этом и есть смысл фразы «Рукописи не горят». Главное: помнить идею.
— Жаль, что ты за меня ЕГЭ сдать не можешь, пап, — посетовал Ваня, и Яков рассмеялся.
112
Яков
В пятницу Яков работал как на иголках, с минуты на минуту ожидая звонка Вани. Он знал, что старший уже час как должен был забрать Пашку с продлёнки — значит, скорее всего, правду он успел сказать. Ваня мямлить не склонен. И теперь, по-видимому, проводит с младшим братом разъяснительную работу.
Ещё через час, когда Яков уже был готов звонить Ване сам, телефон наконец завибрировал.