Мы, онанисты, народ плечистый,
Нас не заманишь сиськой мясистой,
Нас не заманишь девственной плевой,
Устал правой, работай левой!
Она как-то странно и озадаченно посмотрела на меня, одновременно попыталась отодвинуться подальше.
– Ты что, больной? У тебя с головой все в порядке? – задала она два абсолютно логичных вопроса.
А черт, оказывается, сии нетленные вирши я продекламировал не про себя, а вслух. Тоже мне Демосфен долбанный, ай-яй-яй, как нехорошо получилась. Стыдоба.
Я начал заливаться густой краской до корней волос, даже не хочу гадать, что она обо мне сейчас подумала.
– А где это я? – спросила она, растерянно окидывая помещение взглядом. Наконец до нее что-то начало доходить, дурман, доселе царствовавший в ее хорошенькой головке, стал проясняться. – Где Танюха? И кто ты такой вообще? – Последний вопрос она задала, поеживаясь, с заметной опаской.
Я так понял, она стала подозревать, что в моем лице скрывается известный серийный сексуальный маньяк-извращенец, который похитил ее для дальнейших всевозможных манипуляций с ее сексапильным телом, с целью, так сказать, удовлетворения своих самых низменных и гнусных сексуальных фантазий, взращенных его больным воображением. Я не стал осуждать ее за такие мысли, потому как так подумать обо мне было немудрено после декламации моего стиха. Так мне и надо. Хотя нет, надо мне совсем другого: прежде всего сгладить впечатление о себе, далее наладить с ней контакт, объяснить ей все, и чтобы она поняла, что я не «извращуга» какой-нибудь, а ее командир, объяснить, как она здесь оказалась. Но не успел.
– Я сейчас буду кричать, – уверенно заявила она.
– Давай, – я обреченно махнул рукой, понимая, что она не готова меня выслушать.
– А-а-а-а-а!!! – завизжала она что есть мочи.
У меня даже заложило уши. Голос у нее был чертовски звонкий и с легкими тоже все в порядке, судя по тому, как долго она могла вопить, удерживая одну ноту, наподобие оперной дивы, дающей последнюю гастроль в миланском оперном театре «Ла Скала». Кажется, я сморозил большую глупость, начав осмотр кандидатов не с начала, а с конца. Тяжело вздохнув, я уселся напротив нее, прямо в воздухе, закинул ногу на ногу и стал увлеченно рассматривать свои ногти. Внезапно крик оборвался. Я взглянул на девушку. Она от удивления выпучила глаза и открыла рот. Конечно, приятно, когда красивая девушка смотрит на тебя открыв рот, но это не тот случай.
– Ну, и чего ты остановилась? Продолжай.
В ответ тишина. И тут мне очень захотелось постебаться, аж чесаться весь начал.
– Скажи мне, раба божья Анна, – начал я заунывным постным голосом, – а веруешь ли ты в Господа Бога нашего – Иисуса Христа?
Конечно, это было кощунственно и богохульно, но я ничего поделать с собой не мог, надеюсь, Господь меня простит, но девушку надо было привести в чувство и заставить себя выслушать, и потом она должна ответить за «онаниста золотушного».
– Да. Да, конечно! – поспешно ответила она.
– А почему же тогда, дочь моя, ты крестик нательный не носишь, что дан тебе при крещении? – На девушку приятно было посмотреть – она стала бледная как полотно, видно, серьезно струхнула.
– Я… м-м-м… это, сняла его, когда купалась, а потом просто надеть забыла, – заикаясь, вдохновенно врала она.
Молодец, быстро нашлась.
– Ой не лги мне, дочь моя. Нельзя здесь лгать, грех это. А Библию ты читаешь?
Она отрицательно мотнула головой.
– Значит, и не молишься на ночь? – мой скорбный голос звучал как страшный приговор. – Тогда послушай меня, раба божья Анна. И вдруг после скорби… – начал читать я наизусть Евангелие от Матфея: – солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются. Тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою; и пошлет Ангелов Своих с трубою громогласную, и соберут избранных Его от четырех ветров от края небес до края их…
Откуда я так хорошо знал Евангелие? Да не знал я его, и если честно, то, к своему глубочайшему стыду, даже не читал никогда целиком. Хотя и считал себя относительно верующим человеком. Просто когда-то прочитал отрывок о грядущем апокалипсисе, о котором все время твердили все наши СМИ, пытаясь запугать во что бы то ни стало до усрачки простых обывателей, ну и запомнил, а тут этот отрывок пригодился как нельзя кстати.