Сидит теперь, защитник и мужчина, подушечки под поясницей поправляет, на старый стол пялится… Заменить этот стол давно пора, а всё рука не поднимается – из-за иррационального чувства, что, пока стоит на своём месте когда-то почти благословивший их семейное счастье предмет меблировки, само семейное счастье тоже никуда не денется, если ещё и не испытывать на прочность его, счастье, то есть, с упорством маньяка; так и живёт практически вросший в ещё дедовский кабинет свидетель монаршего гнева и монаршей воли, а также монаршей глупости не в одном поколении…
- Хм-м… - «синий» с диванчика боднул своего короля и друга недовольным взглядом.
Король досадливо дёрнул плечом, снова болезненно скривившись, и изобразил внимание.
- По факту надписи на снегу, бросающей тень на умственные способности нашего справедливого правителя, - невозмутимо «исправился» представитель «синих», - Придворным Отделом Магической Безопасности при поддержке Придворного Отдела Службы Правопорядка – легкий кивок в сторону соседа по столу, - было проведено внутреннее расследование…
На словах докладчика об умственных способностях правителя сидящие на диванчике дружно ухмыльнулись и так же дружно вернулись в расслабленное состояние.
Сам правитель заинтересованно уставился на говорившего.
«Смотри-ка, вырос! И даже зубы отрастил. Молодец! Только почему Луар до сих пор его при себе держит? – с профессионализмом фрейлины «справедливый правитель» стрельнул взглядом в своего Главу Магбезопасности… и уперся в полные научного интереса зелёный и черный глаза лорда Луардеса Ормоса дель Агуранди, графа Соол-Неезе, магистра кафедры Изначального Огня, полностихийника уровня архимага, не соглашающегося принять заслуженное звание, чтобы не отвлекаться от служебных обязанностей. – Ах, хитрец! Специально привёл и показал. Значит, уже готовит к самостоятельной работе. От меня нужно будет подтверждение. Дам… повыкаблучиваюсь только… или не буду… Не буду, пусть радуются!..»
Подушка под страдающей королевской поясницей в который раз подверглась перемещению.
-…В ходе которого выяснилось следующее. Жидкость желтого цвета, использованная для написАния, - продукт жизнедеятельности организма, выделенный естественным путём…
-…То есть напИсанием… - хохотнул Глава Службы Правопорядка, отчего на нём скрестились взгляды всех присутствующих в кабинете, не исключая стражников. «Серый» сделал вид, что смутился, но насмешливых огоньков в глазах не погасил.
-… человеческим мужчиной примерно 55-и-60-и лет, с остаточными явлениями залеченной в юном возрасте гонореи и с признаками начинающейся мочекаменной болезни. Во взятых для анализа образцах отмечено большое количество продуктов полураспада спиртов, полученных путём брожения растительного сырья. Сравнив остаточные следы ауры с образцами, хранящимися в банке данных Службы Правопорядка, а также проведя опрос среди обслуживающего персонала, мы определили искомого. Им оказался…
- Первый министр Внутреннего Королевского Совета лорд Инуажес дель Саванти, барон Годвине!- Под изумлёнными взглядами объявил заподозренный в ограничении умственных способностей монарх. И с довольным видом пояснил:
- Зимой, во время Ардезийской кампании, гонорею мы лечили всем полком, потому что в том городишке все бегали к… ну, неважно! Полковой целитель предупредил, что после лечения требуется воздержание, иначе возможны последствия в виде бесплодия или угасания половой функции… Я-то вытерпел, а вот Ин влюбился… с сильной конкуренцией… Пришлось доказывать, что он – лучше…
- Доказал? - Глава Службы Правопорядка заинтересованно блеснул глазами.
- Конечно, Анжи, неужели вы сомневались?! – Его Величество смотрел на друга с таким превосходством, как будто он сам одержал сию достойнейшую победу. Правда, превосходство было изгнано сдержанной печалью, и король со вздохом продолжил:
- Но детей он иметь не может. А супруга хранит ему верность…
- Постойте, Анжес, так баронесса Годвине и есть…- Правопорядочный глава лорд Анжер Сантаис дей Дарнели, граф Ансу-Леезе, представитель древнего рода, основанного демонами, что у потомков выражалось наличием черных с сиреневым отливом волос, вишневой радужкой глаз, пристальный взгляд которых могли выдержать лишь единицы, и ко всему – ментальным даром разной степени интесивности (надо ли говорить, что это был род потомственных дознавателей, верно служивших короне – принёсшие клятву верности демоны не способны на предательство, а уж поколениями присягавшие одному королевскому роду… проще было их убить, но как убить демона-менталиста, пока не придумал никто!), всегда был уверен, что знает о приближенных к другу и сюзерену людях и не-людях всё, поэтому очень удивился, чего даже и не пытался скрыть.