Кто-то сказал — негромко, но так, чтобы можно было услышать:
— Вот-вот, поговорим — и разойдемся…
Полковник Росс пропустил это замечание мимо ушей.
— Можете распустить группу, майор, — сказал он.
Он прошел до края подмостков, спустился по ступенькам и вышел в боковую дверь.
VII
Над высоким юго-западным углом ангара номер один, в большой шестиугольной стеклянной башне, залитой полуденным солнцем, не таким ярким, как снаружи, потому что стекло было сине-зеленого оттенка, а воздух охлаждался постоянно включенными кондиционерами, сидели четыре девушки из женской вспомогательной службы — операторы контрольно-диспетчерского пункта; лица их были обращены в сторону огромного треугольника, образованного пересечением взлетно-посадочных полос общей протяженностью в шесть тысяч футов.
В начале войны здесь попытались применить новый способ маскировки территории: сверху казалось, будто внизу не военный аэродром, а обычные фермы и рощи апельсиновых деревьев, которых так много вокруг Оканары. На крышах и серых бетонных взлетных полосах намалевали черные пятна, изображающие деревья, между которыми извиваются грунтовые дороги, также нарисованные специальной краской. Между взлетными полосами были посажены настоящие деревья — как бы продолжение нарисованной рощи, а там, где оканчивались нарисованные дороги, шли дороги настоящие, по краям которых были поставлены крыши домов, укрепленные на небольшом расстоянии от земли, чтобы они отбрасывали тень. Время от времени этот камуфляж вводил в заблуждение молодых летчиков, только что выпущенных из учебки, заставляя их делать лишний круг перед заходом на посадку. Возможно, в то время, когда была сделана маскировка, она имела определенный психологический эффект, ибо давала почувствовать, что идет война, что существует реальная угроза и база готова встретить и отразить любое нападение.
Однако все эти ухищрения ни на секунду не обманули бы вражеских летчиков, тщательно подготовленных для бомбежек аэродромов. Тем более что одна из взлетно-посадочных полос — та, что тянется с северо-запада на юго-восток, — проходит совсем рядом с самым большим из здешних водоемов — озером Лейледж, которое можно без труда узнать сверху по величине и характерной форме. Если это озеро — очень глубокое, питавшееся подземными источниками, в целую милю длиной и шириной более полумили — не осушить, не засыпать или не перекрыть дощатым настилом, то определить положение базы не составляет никакого труда. В конце концов все это признали, и идею с маскировкой оставили; краска поблекла, многочисленные сооружения, имитировавшие дома и хозяйственные постройки, просели и разваливались; а взлетным полосам присвоили обычную нумерацию и снабдили указателями, на которых обозначалась их длина и приблизительный магнитный азимут — для всех, кому эти сведения могли понадобиться.
Такое же послабление было сделано и для некогда жестких правил о рассредоточении самолетов на летном поле. Начальство наконец вынуждено было отказаться от леденящего душу предположения, что немецкие бомбардировщики могут появиться здесь в любую минуту, поскольку это доставляло массу неудобств и вело к пустой трате времени. Теперь на большом летном поле можно было видеть внушительные скопления самолетов: целая эскадрилья похожих на китов Б-24 с подвешенными двигателями, выровненных по одной линии и почти касающихся друг друга кончиками крыльев; выкрашенные в черный цвет ночные бомбардировщики; звенья А-20 с высокими стабилизаторами; полдюжины изящных серебристых П-38; за ними — несколько радов самолетов различных типов: транспортных, средних бомбардировщиков, учебных…