С высоты контрольно-диспетчерского пункта весь аэродром был виден как на ладони. На расстоянии двух миль от башни, вдоль берега тускло поблескивающего на солнце голубого озера Лейледж вытянулась цепочка землеройно-транспортной техники — драглайны, скреперы, бульдозеры, паровые экскаваторы, которые удлиняли большую взлетно-посадочную полосу. Колонны грузовиков, на каждом из которых развевался квадратный желтый флажок, въезжали и выезжали через временные ворота в ограде в дальнем конце летного поля. Левее, там, где были нарыты земляные насыпи стрельбищного вала, стояли под навесами старые П-40 — здесь выверялась нулевая линия прицеливания орудий. Время от времени над поверхностью вала поднималось вверх облачко пыли. Со стороны города двигались бензовозы и заворачивали на территорию подземных складов горючего.
В дальнем конце рулежной дорожки несколько рабочих, стоя на передвижной платформе, подновляли яркой желтой и черной краской диагональные полосы большой треугольной розы ветров. На бетонированных площадках перед ангарами возились с машинами механики. Моторы время от времени оглушительно стреляли, звук двигателей то нарастал, то затихал; до вышки доносились звуки, похожие на отдаленный гром.
Прохладный воздух помещения за выпуклыми стеклянными стенами вышки был все время наполнен резкими звенящими звуками и множеством голосов. Не обращая на них внимания, техник третьего класса Андерсон — главный оператор контрольно-диспетчерского пункта — и техник пятого класса Мерфи с интересом смотрели вниз на ту часть самолетной стоянки, которая была видна им в промежутке между ангаром и длинной низкой крышей здания командного пункта.
За несколько минут до этого на летное поле со стороны казарм вошла в ворота походная колонна — что-то около роты. После некоторой неразберихи рота перестроилась повзводно и образовала открытое с одной стороны каре, лицом к стоянке. Послышалась музыка — заиграл негритянский военный оркестр тыловой службы. Музыканты, наряженные в белые шлемы и белые гетры, выстроились тремя шеренгами: восемь труб, восемь флейт, восемь малых военных барабанов. Впереди стоял чернокожий тамбурмажор с жезлом в руке. Примерно в центре открытой стороны каре бестолково толклись офицеры, пытаясь разобраться в меловых отметках и построиться в шеренгу.
Техник Андерсон навела на офицеров полевой бинокль.
— Я знаю того, кто впереди, — сказала она. — Это полковник Моубри.
Рядом, за пультами, глядя на залитое солнцем летное поле поверх передатчиков, приборов и рукояток настройки, сидели техники пятого класса Белл и Келлер. Время от времени они что-то говорили в микрофоны в ответ на несущуюся из динамиков жужжащую разноголосицу.
— Ветер Л-лав, прием… — сказала Келлер.
Неизвестно откуда вдруг возник голос, занудно тянувший с техасским акцентом:
— …На борту самолета находится бригадный генерал Д. Д. Николс, заместитель начальника Штаба ВВС вместе с сопровождающими лицами: бригадным генералом Оливером X. П. Бакстером-младшим, капитаном Джоном Т. Стенхаузом и первым лейтенантом Мейтлендом Дэрроу. Говорит пилот, майор Берт Роджерс. Как поняли…
— Пять-ноль, Оканара-вышка, — сказала техник-сержант Белл. — Список пассажиров получен. Вас уже ждут. Посадку разрешаю. Полоса один-четыре. Будьте внимательны при заходе на посадку — там строится новое здание. Ветер Л-лав, слабый… — Она повернулась к технику-сержанту Андерсон: — Они выходят на третий разворот.
Андерсон взяла телефонную трубку.
— Третий разворот, сэр! — сказала она и положила трубку на место.
— А, вот он, — сказала техник-сержант Мерфи. — Я его вижу. Что у них за машина?
— Си-шестьдесят, «Локхид», дорогуша, — сказала Андерсон.
— Господи, она их все наизусть помнит!
Из динамика донесся мягкий голос диспетчера, работающего на частоте авиабазы в Орландо в пятидесяти милях от Оканары:
— …Разрешаю в направлении Джексонвилла, высота тысяча…
Чей-то возмущенный голос проскрежетал:
— Не понял, не понял. Повторите…
— Повторяю: на Джексонвилл, на четырех тысячах. Прием…
Другой, более громкий и высокий голос произнес:
— …Нахожусь четыре-пять от вышки, дайте контрольную линию…
— … вы же мне передали Р-пять-С-пять. О’кей.
Техник-сержант Келлер пристально вглядывалась в какую-то точку в небе за пределами аэродрома.