Лейтенант Андерсон резко повернулся за своим походным столиком.
— Заметили самолеты, капитан? — спросил он.
— Наверное, это Б-семнадцатые, — ответил Натаниел Хикс. — Не думаю, чтобы это были ваши люди.
— Да, — сказал лейтенант Андерсон. — Однако все они должны быть примерно в одно и то же время, если там ничего не изменилось. — Взяв бинокль, он присоединился к стоявшим у края навеса и сказал: — Эти летят на высоте шесть тысяч, во всяком случае не меньше. Потом — две группы истребителей на высотах три и две тысячи. Транспортно-десантные самолеты, говорят, тоже проследуют двумя группами: одна на высоте в тысячу, а другая — в пятьсот футов, вероятно, мы увидим их в конце…
Натаниел Хикс с профессиональной заинтересованностью спросил:
— Тысяча, это ведь довольно высоко?
— Да, кажется, — ответил лейтенант Андерсон. — Вероятно, часть из них — это новые подразделения, и им хотят дать больше простора, чтобы выбросить парашютный десант. — И он с тревогой поглядел вверх сквозь маскировочную сетку.
Майору, конечно же, следовало наблюдать все это самому. Однако он смотрел совсем в другую сторону и, вытянув руку, сказал:
— Они обычно исходят из того, что нужно иметь минимум свободной площади, по крайней мере пять сотен ярдов с подветренной стороны; поэтому им придется начать сбрасывать десант примерно над серединой летного поля. Само собой, вам ясно, Дачмин, что на самом деле это неоправданная позиция…
Лейтенант Андерсон понял, что ему не дождаться окончания этого монолога, и робко заметил:
— Майор, бомбардировщики с юга!
Майор Макилмойл резко повернулся и оглушительно заорал:
— Порядок! Общая тревога! Я иду вниз. — Капитану Дачмину он сказал: — Ну, вот оно! Вам лучше оставаться здесь, наверху. Отсюда вы увидите все…
Потянув за цепочку, прикрепленную к погону, лейтенант Андерсон выудил из кармана рубашки свисток и быстро поднес к губам. На три его коротких свистка сразу отозвалась сирена. Ее воющий механический голос разносился из небольшого сарая у пристани на озере.
Тем временем игра на пальцах расстроилась, солдаты повскакивали, толкая друг друга, и бросились к своей полугусеничной машине, что стояла под штабелем. Натаниел Хикс спросил у лейтенанта Турк:
— Может, поднимемся наверх? Пожалуй, нам лучше убраться с дороги и не мешать им.
Теперь уже невозможно было усомниться в том, что приближались бомбардировщики. Внушительная армада, выстроенная уступами, развернулась по фронту и заняла весь южный сектор неба. Теперь их мерное продвижение вперед уже не было беззвучным — как только затихла сирена у озера, тяжелый рокот и слитный гул множества двигателей беспощадно ударил в уши. Задрожал воздух, затряслась земля, сомкнутые ряды самолетов, казалось, вот-вот затмят небеса. Среди этого величественного кортежа меж размашистых плоскостей крыльев то тут, то там возникал яркий отблеск на освещенном солнцем диске пропеллера. Натаниел Хикс схватил лейтенанта Турк за руку и потащил к другой стороне штабеля.
Майор Макилмойл, тяжело и неуклюже спускаясь по лестнице из сложенных уступами досок, помахал им.
— Если хотите что-нибудь увидать, — прокричал он, — то лезьте скорее сюда, наверх, на штабель. — В его взгляде снова мелькнуло удивление, и, все поняв, Натаниел Хикс выпустил руку лейтенанта Турк, которую он машинально удерживал в своей руке.
— Да, сэр, — согласился он. — Сейчас идем! — Он поднял глаза и сказал встревоженно: — Майор! Мне кажется, это истребители. Похоже, целыми группами, эскадрильи, одна над другой.
Майор Макилмойл резко повернул голову. На востоке появилось большое скопление темных точек, в строю четверками — два выше, два ниже.
— Да-да, вы правы, — подтвердил майор Макилмойл и заторопился прочь.
Поднимаясь по лестнице из сложенных досок, Натаниел Хикс сказал:
— Кажется, он заметил, что мы держались за руки. Постойте, а может быть, нам лучше продолжать в том же духе?
— Не возражаю, — согласилась лейтенант Турк, запыхавшись на крутом подъеме. — Кажется, лазить я не мастер.
Ступень у самого верха штабеля оказалась довольно высокой, и Турк в сомнении сказала:
— О, Боже! Да разве я влезу?
— Конечно, — ответил Натаниел Хикс. Он взобрался наверх. — Давайте руку.
Она протянула руку, и он ухватил ее за запястье. Она исхитрилась кое-как и поставила ногу в простой коричневой туфле на край верхней доски. Юбка задралась, комбинация соскользнула с согнутого колена, и открылась вся стройная нога, упруго опирающаяся на носочек туфли, тугой край нейлонового чулка, резинка с застежкой, натянувшийся пояс. Она тщетно пыталась опустить юбку свободной рукой. Натаниел Хикс резко потянул ее за руку и поставил рядом с собой. Несколько напряженно она вымолвила: