Канкуро удовлетворенно улыбнулся и, прижав руку к сердцу, легко поклонился марионеточнице, рассыпавшейся в восторгах от его работы.
- А руки… О, какие у нее ловкие, но нежные руки! Прямо как у живой подружки! – вытащив из широких рукавов маленькую ладошку куклы, Сая провела ей по своей щеке и мечтательно закрыла глаза.
- Я добавил ей шарнирных суставов и создал запястья и локтевые сгибы… - тихо пояснил Канкуро.
- О-о-о, сам великий Сасори бы не догадался бы! – Сая даже развязала расшитое золотом красное кимоно своей куколки и просто заверещала от восторга. – И нагадзюбан, и хададзюбан, и оригинальные сасоёке! Я случайно порвала нижнюю рубашку и панталоны куклы, когда была еще девчонкой, и ни один мастер не взялся восстановить все как было!
Сая с громким шарканьем ощупала ткани одежды куклы и вдруг недовольно сощурилась.
- Это же не гребанная синтетика из Кумо? Скажи, что нет, иначе я прокляну тебя!
Сая недоверчиво посмотрела на Канкуро, который просто подошел, отщипнул ногтем крошечную нитку из нижней рубашки куклы и, с силой потерев, попросил склочную марионеточницу плюнуть на нить.
- Сама посмотри – все впиталось и нить осталось сухой. Такая гигроскопичность характерна только для настоящей нити шелкопряда, но никак не порождения тайных техник Скрытого Облака.
- Тьфу же на них! Так и есть! – согласилась довольная Сая, забирая свою марионетку и наконец-то спокойно опираясь на Сану и Мамуши. – Надеюсь, возни было немного?
Канкуро лишь горько усмехнулся и пояснил:
- Я ведь в буквальном смысле воссоздал ее заново, Сая. Мне твоя Сана только черепки вперемешку с песком принесла. Так что, боюсь, цена за техобслуживание покажется тебе слишком высокой.
И Канкуро честно назвал такую сумму, что Сая в буквальном смысле заверещала и с досады едва не заехала в глаз Мамуши своим острым локтем.
- Это грабеж!!! – заорала она, и ее милое, изящно накрашенное лицо уже перестало скрывать обитающую внутри злобную сущность. – Я буду жаловаться Казекаге! Немедленно скости мне цену: ведь это ж все мои деньги с недавних миссий!
- Я честно все посчитал, – попытался спокойно объяснить ей Канкуро, взяв со стола валявшийся на нем абак, но в итоге перекошенное злобой лицо марионеточницы так взбесило его, вложившего в восстановление этой куклы столько своих трудов, что он буквально ткнул ей счеты прямо в лицо и начал быстро перебирать костяшки, пересчитывая. – Вот, сама посмотри: дерево, фарфор, краски для лица, ткани… Все это очень дорого даже для Суны. И это я еще свою работу не посчитал! Я предпочитаю не требовать оплату за то, что мне в удовольствие. Проклятье, я бы и сам тебе заплатил за то, что ты дала повозиться мне с работой великого Чикамацу! Но те торговцы, у которых я покупал материалы…
- Ты такой же скупой, как и твой отец! – ткнула в него пальцем Сая. – Проклятье, он даже не заплатил мне за то, что я по его приказу пыталась убить джинчуурики!..
Канкуро нахмурился и хотел было что-то сказать, но, собрав последние силы, Сая вдруг набросилась на него. Он попытался удержать ее от того, чтобы она не расцарапала ему лицо, как вдруг… песок разнял их обоих!
Над Саей и Канкуро заплясала песчаная тень.
- Сколько?..
- Ради всего святого… - пробормотала Сана, буквально отшвырнув от себя ошарашенную Саю и рухнув на колени. – Простите старшей сестре ее язык.
- Да-да-да… - простучали зубы Мамуши.
- Я спрашиваю СКОЛЬКО вам обещал заплатить Четвертый Казекаге за убийство джинчуурики?
- Песок мне в рот, господин. Не было такого! Случайно вырвалось… - Сая не знала, куда деться, у нее тряслись голова и руки от страха.
Внезапно перед ней начал осыпаться до этого висевший в воздухе песок. Он сыпался и сыпался, пока не сформировал довольно большую похожую на пирамиду горку. Но в конце концов осыпалась и она, открывая скрытую внутри себя ненамного меньшую горку золотого песка.
- Достаточно? – спросил вошедший в мастерскую Гаара, в глазах которого стояли слезы. Он с шумом всхлипнул.
- Вот, возьми свою плату за марионетку! – умела перевела стрелки Сая, после этого соляным песком испарившись вместе со своей любимой Кикоши и поддерживающими ее с двух сторон родственниками, не дожидаясь, пока Гаара передумает и сотрет ее в мелкий порошок.