- Усилено техникой Первого-сама, - снова бесстрастно пояснил один из АНБУ.
- Понял. Вопрос снят.
И вдруг, будто бы неожиданно даже для специального отряда шиноби, дверь открылась.
- Проходите, - пискнул женский голос за дверью. – Мы как раз вас ждем.
Канкуро посмотрел на АНБУ. Маски практически синхронно повернулись к нему.
- Входите. Мы подождем за дверью. Если что-то понадобится либо возникнет угроза для устройства или для Вас непосредственно, немедленно сообщите.
- Понял, - Канкуро утвердительно кивнул в ответ. Спорить с АНБУ даже своей скрытой деревни было делом бесполезным. Однако он точно знал, что если что-то пойдет не так - действительно «не так», а не просто бахнет какая-нибудь лампочка или перемкнет реле - то он, Канкуро, никому ничего не будет объяснять, потому что языком молоть будет просто некогда.
Итак, Канкуро вошел в приоткрывшуюся дверь и внезапно очутился в довольно уютном и светлом помещении. Правда, свет был искусственным, так как тут не было окон, а весь уют номинально составляли несколько кактусов, что заставила Канкуро задуматься о том, откуда взялись тут эти растения, которые вообще-то не растут в Конохе на каждом углу!
- Добрый день! – вежливо поздоровался он, еще даже не взглянув на незнакомку, видно, являющуюся хозяйкой этого места.
Все внимание Канкуро сразу поглотила небольшая коробочка, лежавшая на простом, но удобном столе, рядом с компьютером старого образца. У стола стояло несколько несгораемых железных шкафов, в которых явственно струилась как будто бы смутно знакомая, сильная металлическая чакра…
- Не понял… - Канкуро подошел к самому большому сейфу и, положив на него свои руки, закрыл глаза, сосредоточился и пропустил собственную чакру сквозь пальцы.
Энергетика железа отозвалась внутри него, и он почувствовал, что тот, кто накладывал на них свои техники, был ему близок.
- Вы – первый из шиноби, кого не оглушило магнитным полем при приближении к этим хранилищам, - раздался позади него все тот же тихий, но теперь уже более уверенный женский голос.
- Откуда они тут? - не оборачиваясь и продолжая аккуратно проводить пальцами по шершавой металлической поверхности, не отлитой, а спрессованной из железного песка и поэтому тускло поблескивающей, спросил Канкуро.
- Мне это неизвестно. За годы работы я приноровилась открывать их… Только я. Но… знаете, я с ними разговариваю. Вам, наверное, это кажется странным… - девушка сняла очки и начала протирать их краем белого халата. – Когда я подхожу к этим сейфам, они будто начинают притягивать меня. Иногда мне даже кажется, что они живые. Ино-сан вообще говорит, что я просто нравлюсь технике, поэтому у меня с ней особые отношения.
Этот странный монолог заставил Канкуро отойти от шкафов и не возвращаться к аналитическому созерцанию выложенного на столе устройства.
- Ох, извините! Я действительно давно не протирала там пыль, - девушка густо покраснела и бросилась в соседний угол: туда, где в застекленном шкафу хранились толстые и пожелтевшие от времени папки. Она достала оттуда коробку, из нее вытащила квадратную чисто-белую тряпочку и, подойдя к шкафам, принялась аккуратно протирать их.
Канкуро же наконец удалось вглядеться в нее, пусть даже со спины.
Невысокая. Опрятно и по-деловому одетая. Белый халат ученого, за которым скрывалась еще более белая блузка и черная юбка-карандаш. Простые капроновые колготки телесного цвета, выгодно обтягивающие длинные стройные ноги. Темные туфли-лодочки. Длинные пепельно-русые волосы, неожиданно растрепанные и пушистые, но собранные в свободный хвост. Даже толстенные очки, которые он еще раньше заметил, были к месту и в тему для этой необычной куноичи.
Канкуро тихо сглотнул. Девушка показалась ему прехорошенькой. И, как бы ему сейчас ни хотелось поскорее посмотреть на технический артефакт Конохи, как бы ни кипела внутри злость за то, что чужая скрытая деревня почему-то владеет драгоценными артефактами, явно сработанными в его родной Суне руками Третьего Казекаге… На данный момент его больше всего почему-то интересовала именно эта девушка. И с ней хотелось бы завести более тесное знакомство, нежели просто корпеть над сухими цифрами технических отчетов.
Однако практически прозвучавший где-то внутри его подсознания тихий, но властный голос Гаары, монотонно и назойливо вещающий об ответственности и чести шиноби Песка, напомнил Канкуро о его непосредственной миссии.