Магазин встретил меня полумраком и гомоном, люди ходили в потёмках стеллажей выискивая продукты, у кассы стояло с десяток бабушек с авоськами, подойдя ближе, я понял, что они вовсе не продукты оплачивают, а просто общаются.
— Мериканцы, на нас опыты устраивают, — голосила одна. — Племянник, в компютере прочитал, что президент наш, земли вокруг города вместе с речками, мериканцам продал, вот теперь эти нехристи и чудят. Да–да.
— Дура ты старая, какие на хрен мериканцы, куда полгорода делось, а речки? Нехристи упёрли?
— Говорю же, инопланетяне это…
— Они же, вроде, католики!? Крещёные, значит!
— Кто, инопланетяне?
— Тьфу, куры! — выразил своё мнение проходящий мимо старик.
— Ты иди–иди, старый, корвалола накапай, — прикрикнула на старика, голосистая бабуля.
Старые страсти накалялись, того и гляди авоськи с тележками в ход пойдут. Бросив бесполезную прослушку, я ушёл в торговый зал, времени не так много, народ скоро начнёт обращаться, да и голодные гости, вот–вот нагрянут.
Вместе с погрузкой двух огромных пакетов в машину, на всё про всё, ушло не больше двадцати минут, получилось бы быстрее, но кассирша долго разглядывала мои деньги, пятитысячную купюру, которой так и не суждено было попасть к молодым. Что–то ей не нравилось, она даже старшего продавца позвала. Та, пощупав купюру, посмотрела на мой потрёпанный, но всё ещё грозный вид, и дала добро. К тому времени в городе началась стрельба.
— Начинается, — констатировал я, усаживаясь на переднее сидение. — Батюшка, давай–ка вон за те гаражи, с глаз долой.
Тот без вопросов, завёл свою старушку ниву и перевёз нас, в укромное место.
— Рассказывай Кнут, — требовательно произнёс священник, заглушив двигатель. — Что за чертовщина, тут, творится?
И я начал говорить, одновременно готовя живчик, пересказал ему всё, что узнал от Хрома: про тварей, и трофеи с них, мультиверсум со множеством миров, и наши копии. С самого начала, со свадьбы, до момента нашей встречи, на лесной дороге. Поспрашивал и самого батюшку. Как выяснилось, он попал в кислый туман, более восьми часов назад и умудрился не разу не нарваться на заражённых
— Вот, — протянул я священнику полтора литровую бутылку с живчиком, на которую ушли последние два спорана. — Сделай два больших глотка, я уже говорил, что это наше лекарство.
Тот принюхался к горлышку, скривился, но просьбу выполнил.
— Ну и сивуха, — произнёс батюшка, возвращая мне бутылку.
К тому времени, я уже поправил здоровье и чувствовал благотворное действие пойла, к слову, приготовлено оно было на коньяке, так что батюшка зря жаловался, он ещё не пробовал на спирту.
Накромсав прямо на пакете куски карбоната и хлеба, я сделал несколько бутербродов. Мне хотелось не есть, а жрать, жрать и жрать, чем и занялся, поделившись со священником. Овсяно–вафельная диета, была у меня в печёнках, никакого удовольствия, только приторная сытость. С деликатесом мы разделались за несколько минут, батюшка почти не отставал от меня, но только делал это, по–старчески степенно.
— Раз такое дело, надо местную церковь найти, — сказал отец Дионисий, давно ожидаемые мною слова. Видимо вместе с пищей, он переваривал и мой рассказ.
— А что это даст? Я уже говорил, девяносто пять процентов этих людей, превратятся в урчащих монстров, нас просто сожрут, не они так, те кто придёт позднее. Ты мне на слово поверь, этих тварей, лучше встречать с базукой.
— Хорошо, — неожиданно согласился священник, — Что ты предлагаешь?
— Для начала, как ты себя чувствуешь?
— Лучше, много лучше, будто после крепкого, здорового сна, — признался тот, почему–то разглядывая руки, а затем с удивлением уставился на меня.
— Вот, теперь ты понимаешь? Что…
Совсем рядом у супермаркета, раздалась пулемётная стрельба. С этой музыкой, я уже был знаком. Послышался звук бьющегося стекла и женские визги.
— УХА–ХА–ХА…МЯСО…ВЫ ВСЕ ПРОСТО МЯСО! — пролаял громкоговоритель, голосом безумца и снова заработал пулемёт. Тут же в прогале, между гаражей, пронёсся армейский джип, с пулемётчиком на верху, тот палил прямо перед собой.
— Вот чёрт, — инстинктивно пригнувшись, я принялся высвобождать винтовку из ранца.
Следом за первой, пронеслось ещё несколько автомобилей, среди которых парочка грузовиков. Замыкающая машина завернула в наш проулок и остановилась. Помогло то, что прямо перед нами стоял большой мусорный контейнер, из–за него было видно, лишь верхушку машины. Показав священнику знак тишины, я тихонько открыл дверь, сполз на землю и через несколько секунд уже выглядывал из–за угла контейнера.