— Дела…А, ну тогда понятно, откуда у тебя, два сильных дара.
Какое–то время стояла тишина, собеседники думали о чём–то своём, а я ждал продолжения.
— Я как–то слышала, что пульсар, может дать до пяти сильных умений.
— Я тоже об этом слышал, — подтвердил кваз. — Но у Везунчика, их было три. Первое, кинетик, он машинами кидался, как мячами, да далеко так, на двести метров мог закинуть, — Захария, кивнула соглашаясь, и перехватила эстафету.
— Второе, так себе умение. Он мог видеть, напряжение в проводах, даже если те под землёй.
— А вот тут не скажи, — не согласился с девушкой кваз. — Бесполезных даров не бывает. Если есть горох и жемчуг, со временем, пустышка перерастёт во что–то мощное.
— Согласна, а сколько лет нужно для этого прожить?
В этот момент, в дверном проёме появился Клепан.
— О чём совещаетесь, иммунные? — начал тот с ходу.
— Новичку про Везунчика рассказываем, — ответил за всех Кабан.
— А-а, — протянул тот. — Про этого типа, можно часами рассказывать…О том, как он пульсар добыл, говорили?
— Да! — коротко ответил я, понимая, что пришёл ещё один сказочник.
— А про морок?
Тут даже Захария скривилась.
— Да, байки всё это!
Вспомнив недавние рассказы, про то, как Везунчик расправился с суперэлитником, я готов был согласиться заочно, но послушать, всё же было интересно, недаром же наши предки говорили, что: в каждой сказке, есть доля правды.
— Как это байки? — искренне возмутился Клепан. — Деда помнишь? — обратился он, к Кабану.
— Помню. Я как к вам попал, он через неделю погиб, подорвался вроде? — на что Клепан согласно кивнул и продолжил.
— Дед был лично знаком с Везунчиком. В несколько рейдов с ним ходил и к мурам они вместе попали, это ещё до стронгов, — глядя на недоверчивые глаза Захарии, сделал поправку здоровяк. — Так вот, дар этот, толи иллюзией называется, толи ещё как, не помню, Везунчик, его мороком звал. Он мог любому человеку, какую хочешь личину нацепить и не только лицо, тело с голосом, тоже менялись.
Видно было, что рассказчик он знатный, дай только повод, а если пузырь поставить, то вообще атас, хоть телевизор с радио выкидывай.
— Так вот, — продолжил здоровяк, удобно устроившись на столе. — Пошли как–то Дед с Везунчиком и ещё пятью рейдерами, на один интересный кластер. Но беда в том, что интересен он был, не только их команде, как–никак, армейский склад, который грузится раз в три месяца. Всё вроде путём поначалу шло. Добрались почти без проблем, пустышей привалили, хабар грузить начали, а тут муры откуда ни возьмись, да толпа целая. За халявой пожаловала. Началась стрельба, кого убили, кого ранили, в общем, муры их почти взяли. А Везунчик–та, тот ещё фрукт глазастый, машинами не стал кидаться, а сделал вот что…
Заинтриговав всех, даже Кабана, который скорее всего не раз слышал эту историю, Клепан продолжил:
— Выследив взглядом щуплого мура, он нацепил на него личину грудастой блондинки. Ну, той, которая с президентами американскими шашни крутила. Вся в кружевах и переднике, коровьи глазёнки по–блински накрашены, как официантка из закусочной, — хитро подмигнув мне, выложил здоровяк, будто сам на том складе присутствовал.
— Прям, по–блински? — уточнила Захария.
— Не мешай, пусть рассказывает, — вступился за Клепана кваз.
— Ну, так вот, — продолжил здоровяк, улыбнувшись знахарке. — На том, чертяка не остановился, срисовал ещё одного…Фильм такой был, «Глория», может помните… шикарная блондинка в нём снималась, в общем, второй мур, ею стал, гы–гы, — не удержавшись хохотнул рассказчик.
— Гы–Гы–Гы, — поддержал Клепана кваз. — Как представлю, по полу кататься хочется.
— Муры не сразу просекли. Постреливали, пытаясь наших зацепить, а потом вдруг как завизжат, аж уши позакладывало, — увлечённо произнёс здоровяк. — На позициях муров началась возня. Кто–то сюсюкал, кто–то посмеивался, слышались бабские маты. В общем, мурам вдруг стало не до стрельбы. Везунчик с Дедом, под этот шумок и свалили. А тем двум «блондинкам», говорят, ещё несколько дней «везло», пока личины не отвалились. Везунчик с перепугу, силы не рассчитал, слишком много влил. Такая вот интересная история, — заключил Клепан, под громкий смех Кабана.
— А к чему это вы, про Везунчика вспомнили? — поинтересовался здоровяк, спустя небольшую паузу.
— Кнут говорит, что перед встречей с Хромом, пульсар проглотил, — ответила за всех Захария.
И вот, я уже в третий, боюсь, что не в последний раз, наблюдал за восхищённо недоверчивым взглядом.
— Моргающая хреновина?! — повторил Клепан вопрос кваза.
— Она самая, — пришлось мне подтвердить.