Незваные гости пришли ближе к полуночи, Фима уселся на кровать, достал ножичек и начал его подкидывать, стараясь поймать. Нож ловился через раз, а то и реже, большей частью втыкаясь в половицы.
Фома на развлечения подельника внимания не обращал.
– Мальчонка твой где?
– Шляется где-то, от рук отбился.
– Смотри, избалуешь ты его, – Фома пошарил во внутреннем кармане пиджака, достал нарисованную от руки карту города и окрестностей.
– Смотри, – он потыкал толстым пальцем в отметки на карте, – сюда нам надо пробраться, давай-ка с тобой покумекаем, как лучше быть, и как тебе свой хвост сбросить, чтобы там с рассветом быть. Да не трясись ты, не один на дело пойдешь, а со мной, риска там никакого нет. Вскрывать будешь шнифы, предположительно германские, ты как, ловкость не растерял?
– А что за шнифы? Какие модели?
– Во вторник с утра скажу, тогда же и начнём, два на этой неделе и ещё два потом, опосля. Я бы и без тебя управился, но ты и так без дела сидишь.
Во вторник утром Циммерман щеголял лиловым синяком под левым глазом. Где он это украшение получил, говорить отказывался, но догадаться было несложно – с самого начала рабочего дня Семён и Света почти не разговаривали, девушка села на кассу одна и, когда её о чём-то спрашивали, краснела.
– Дездемона застукала Отелло с другой? – Травин придвинул стул, сел напротив помощника. Сам он был в прекрасном настроении.
Приёмник работал, правда, Лиза его сразу экспроприировала, но обещала отдавать по первому требованию. А ещё, идя с работы в понедельник, Сергей почти случайно столкнулся в бакалейной лавке с Черницкой, они не только раскланялись, но ещё и поговорили минут десять, доктор, поначалу отвечавшая сухо, под конец прощаться не спешила. В «Авроре» на Пролетарском бульваре крутили «Божественную женщину» с Гретой Гарбо в главной роли, оказалось, что Черницкая обожает эту американскую актрису и совершенно не против сходить с Травиным в кино, но только в четверг вечером. На том и сговорились, правда, Сергею пришлось дать обещание, что в этот же четверг, только днём, он обязательно придёт на врачебный приём и даст себя осмотреть. При слове «осмотреть» доктор смутилась и очень мило покраснела.
– Никто меня не застукал, – Семён старательно сортировал листы почтовых марок, не отрывая от них взгляда, – просто упал и ударился. И вообще, прекрати собирать сплетни.
– Не ври, я же видел твою жену, у тебя её пальцы отпечатались на лице, – Сергей упёр взгляд в переносицу помощника. – Средний так очень отчётливо.
Тот вскочил, сбегал в фойе на первый этаж, там висело огромное зеркало в резной дубовой раме, и долго себя разглядывал, а когда вернулся, то постарался сесть к Сергею неповреждённым боком и сделал вид, что всё ещё очень занят.
– У английского писателя Кэрролла, – Травин говорил словно в пустоту, те из сотрудников, кто оказался рядом, старательно прислушивались, – есть сказка о девочке Элис, которая тоже очень любила пялиться в зеркало, вертелась она перед ним, вертелась, и попала в чудесную страну, там можно было жить в обратную сторону. Из будущего в прошлое.
– Это ты к чему? – подозрительно спросил Циммерман.
– К тому, что прошлое ты так не вернёшь, сколько себя ни разглядывай, потому как мы не в сказке живём. Если, Сёма, твоя Муся тебя убьёт до того, как ты сдашь отчёт, я тебя с того света достану. И так буду делать каждый месяц. Мне звонил Вайнштейн, спрашивал, когда ты его осчастливишь. Когда?
– Да готово всё, – Семён достал из ящика толстую папку, поднял её обеими руками, торжественно подержал так несколько секунд и отпустил. Бюрократическая стопка бумаги солидно шмякнулась о стол. – После обеда нарочный зайдёт. И вообще, чего ты весёлый такой?
– Свидание у меня на этой неделе, причём за это никто меня по лицу бить не будет.
Сотрудницы начали оживлённо переглядываться, Травин усмехнулся, есть теперь им что обсудить между дел.
– Инспекция у тебя по плану, а не свидание, – мстительно сощурился помощник. – Про Моглино не забыл?
Деревня Моглино была пунктом стратегическим, там сходились автомобильная и железная дороги, ведущие из СССР в Эстонию. Там же находились таможенный пост, воинские казармы кавалерийского полка и размещалась строительная часть, возводившая литерные огневые точки Псковского укрепрайона. А ещё напротив Моглинского почтового отделения находился магазин кожевенной артели, где Сергей справил зимой и себе, и Лизе отличные ботинки, и совсем недорого. Продавец уверял, что это артельное производство, но скорее всего, товар был контрабандный.