– Прохоров и Юткевич.
– Прошляпили они этого гада. Сам-то понимаешь, что они натворили?
– За проступки свои и своих людей я перед своим начальством отвечу.
– Хочу напомнить тебе, товарищ Семичев, что на органы ГПУ возложено оперативное руководство милицией и уголовным розыском, так что твоё начальство – это я. Или тебе Совет народных комиссаров не указ? Если твои агенты контру проморгали, отвечать будешь вместе с Радзянским, и я с тобой заодно. Приедет сюда особоуполномоченный из полпредства, мало нам не покажется.
Семичев нахмурился, глаза его забегали.
– Ты, Вацлав, коней-то попридержи, я с них вины не снимаю. Да, виноваты, расслабились, но с кем не бывает.
– Уволить к чёртовой матери из органов. И чтобы с волчьим билетом, пусть вагоны разгружают, если головы нет. Хотя, Генрих Францевич, по какой статье их можно посадить?
– По сто одиннадцатой, – не раздумывая, ответил следователь. – Судья даст год максимум, никто, кроме бандитов, не пострадал, вот если бы жертвы были среди граждан, ну там дворник, например. Так они его только напоили, не до смерти, а это ненаказуемо.
– Ты, товарищ Политкевич, – расстроился Семичев, – так до расстрела договоришься.
– Ладно, погорячился, но ты подумай, Захар, какой случай удобный, вина-то на них всё равно, искупить должны. Так что давай вот что сделаем, предлог задержать их есть, сажаем обоих к Сомову в камеру, чтобы зубами из него правду выгрызли. Прохоров у тебя вроде парень боевой, пусть давит эту гниду, а Юткевич будто заступится, так Сомов ему всё и выложит.
Глава 9
К празднованию Первомая город готовился тщательно и с размахом, тем более что Совнарком расщедрился и подарил трудящимся ещё один выходной, теперь и второе мая стало нерабочим днём, к демонстрациям и кавалерийскому параду добавлялись привычные по царским временам маёвки – гражданам предлагалось культурно провести этот день на природе.
Ради предстоящих длинных выходных горпромхоз нашёл резервы, ввёл дежурные смены в воскресенье, комсомольский комитет кинул клич, и в предпоследний день апреля люди с кисточками красили металлические ворота домов в центре города, люди с мётлами сметали в кучи продукты жизнедеятельности горожан и животных, а те, что с лопатами и тачками – разравнивали остатки щебня, лежащего на окраинных улицах. Щебня оставалось мало, где-то в половину того, что навезли совсем недавно, поэтому работа шла намного быстрее, чем предполагалось.
– Сюда, – закричал один из комсомольцев, подкидывающий щебёнку под чугунный каток, – эй, ребята, помогите мне, я что-то нашёл.
Сергей свой законный выходной тоже проводил не бездельничая. С раннего утра он занялся домом – тот, хоть и чужой, требовал ухода, крыша за зиму в некоторых местах прохудилась, ограда покосилась, того и гляди упадёт, и вообще, весна, она как бы требовала, чтобы жилище выглядело опрятно. Так что Травин дал Лизе тряпку – протирать окна, а сам полез на крышу.
С ней он провозился до одиннадцати. Мог бы и дольше, но на этот день у него были другие планы.
Снег сошёл, земля почти высохла, на пустыре за желдорбольницей установили ворота, ещё с осени возвели трибуны и устраивали футбольные матчи. Центральный стадион в сквере «Спартак» возле театра имени Пушкина все десять псковских команд вместить не мог, они потихоньку обрастали своими тренировочными базами. Общество «Динамо» обустроило поле возле казарм на берегу реки Пскова, у команды завода «Пролетарий» был свой стадион в Завеличье, а железнодорожная станция для своих футболистов выделила площадку неподалёку от Еврейского кладбища.
Зимой гоняли мяч по утоптанному снегу, собственно, на такую тренировку Сергей случайно и попал, после переезда в Псков денег отчаянно не хватало, он устроился разгружать вагоны и попал в одну бригаду с ребятами из команды. Слово за слово, и уже в следующие выходные, на двадцатиградусном морозце, он забил свой первый гол.
Команда железнодорожников считалась фаворитом будущих соревнований, в прошлом, 1927 году они выиграли городское первенство у спортобщества «Динамо», теперь команда, состоящая из сотрудников ГПУ и адмотдела, жаждала реванша. До начала городского турнира оставался месяц, и будущие участники прощупывали друг друга в товарищеских матчах. Так что Сергей, который в состав команды не входил, в этот раз рассчитывал посмотреть на игру с трибун.