Потому что это долгий перелёт, а они маленькие.
Потому что у нас другие планы на Новый год.
Потому что ты насильник.
Потому что я тебя ненавижу, и дети тоже ненавидят, ты больше нам не нужен…
— Почему? – спросил Лев, пока его мысли не успели дойти до самых крайних вариантов.
— Потому что ты в запое.
— С чего ты взял? – возмутился Лев.
Не слишком натурально, больше из иррационального желания отрицать всё до последнего.
— Ну, твои пьяные голосовые…
— Всего лишь одно!
— И ты пропустил их звонки…
— Тоже только один раз!
— Лев… — устало проговорил Слава.
— Да я уже неделю не пил! – с гордостью признался он, выдавая себя с потрохами: значит, до этого пил.
— Вот видишь.
— Я не буду пить при детях, я же не дурак.
— Я тоже не дурак, чтобы отправлять детей к отцу-алкоголику.
— Зачем ты называешь меня алкоголиком? – оскорбился Лев.
— Пожалуйста, я не хочу ссориться, — жалобно простонал Слава. – Давай хоть о чём-то нормально договоримся.
— Нормально договоримся, что я не буду видеть детей?
— Я сказал Мики, что он приедет на день рождения. Это в марте.
— Я помню, когда у нашего сына день рождения!
Игнорируя ёрничанье, Слава спросил:
— Ты справишься с собой до марта?
— Я уже справляюсь.
Слава вздохнул:
— Лев, это очень серьёзно. Тебе нужна помощь. Давай я помогу найти тебе психотерапевта?
— Не начинай, — попросил Лев.
— Но это болезнь! Ты же врач, ты знаешь, что это такое.
— Да, я врач, — согласился Лев. – И я ещё ни одного диабетика в гипогликемической коме не вылечил разговорами. А классно было бы.
После недолгой паузы послышался удрученный ответ:
— Ясно… Ну, удачи.
— Удачи! – рассерженно буркнул Лев.
Когда в трубке щелкнуло, оповещая об отключении вызова, он отчаянно проговорил в неё:
— Кстати, если тебе интересно, я тебя пиздец как люблю, и это такая хренатень, потому что я уже весь извелся, — стояла тишина, на другом конце провода не было никого, но Лев говорил почти скороговоркой: — Не понимаю, что происходит вообще, я заколебался, не могу спать, думаю о тебе сутками, днем и ночью, нашёл мужика, похожего на тебя, и теперь меня злит, что он все равно не такой. Это же бред, да? Как будто я извращенец.
Лев взял подушку с дивана, обнял её, зажмурил глаза и на зеленую обивку закапали слёзы. Не отнимая трубку от уха, он говорил дрожащим голосом:
— Я всегда считал, что я нормальный мужик, а ты – чувствительный юноша с нежной психикой. Так какого хрена это меня колбасит, а не тебя? Ты даже не представляешь, что это такое, ты меня довел до этого за каких-то три месяца!
Он всхлипнул, смахнул слёзы с глаз, но они потекли с новой силой.
— Я не знаю, чего хочу. То ли схватить тебя и привезти сюда насильно, то ли умолять вернуться, но тебя же не заставить, ты же скорее умрешь, чем станешь делать то, что я говорю, да? Пиздец какой-то…
Он откинул телефон в сторону, тот врезался в спинку дивана, отскочил и с силой грохнулся на пол. Лев не стал проверять целостность экрана, даже головы не повернул. Обхватив подушку плотнее, он медленно опустился на бок, лег в позе эмбриона и позволил себе бесшумно расплакаться.
Но другие не позволили. В дверь заколошматили:
— Лев Маркович, скорая позвонила! Везут с огнестрельным!
О господи.
Он откинул подушку, поднял с пола мобильный (бегло оценил – экран цел), поправил на себе медицинскую пижаму, пригладил волосы, вытер слёзы (глаза красные, потому что не выспался, так и скажет), и вышел в коридор к напуганной медсестре. Девушка была новенькой, только после колледжа, и пугалась почти всего, что происходило.
— Что за огнестрельное? Куда? — спросил Лев, надевая медицинскую маску (старался скрыть под ней следы слёз).
— Грудная клетка.
— Хирургам сказали?
— Ага, — испуганно мигнула девушка.
— Операционная готова?
— Виктория Викторовна готовит!
— Ну и супер, — Лев подбадривающе подмигнул ей. – Всё будет нормально.
Он пошел в сторону операционного блока, и она засеменила за ним:
— Ой, надеюсь! Так страшно, когда стреляют…
— Привыкнете, — хмыкнул Лев.
— А у вас тут в Новосибирске часто стреляют? — спросила она. — Я просто из Кемерово.
Он пожал плечами:
— Не часто. Обычные бандитские разборки.
— Тогда не очень жалко, — обрадовалась она.
Они услышали стук колёс медицинской каталки и синхронно подобрались, смахивая с себя непринужденную расслабленность.
Настало время становиться супергероями.
Почти 15 лет. Слава [44]
- Сначала на меня наорал Мики, а потом Ваня…
- Ваня тоже наорал?