- А что же ваш сын ходит и рассказывает, что вы педик?
- Он недавно в нашей семье. Процесс адаптации бывает… странным.
Ему было стыдно за этот приём: любые Ванины странности (которые, на самом деле, были странностями их семьи, а не Ваниными), Слава объяснял: «Он из детского дома». У спрашивающих сразу пропадали вопросы, зато Ваня начинал выглядеть этакой дикой зверушкой, случайно выбравшейся на волю. Слава очень бы хотел перестать так оправдываться, но ничего лучше придумать не мог. Ну, что нужно было сказать? Что он правда «педик»? Что Ваня лжец?
Еле-еле он отмазался от этого неравнодушного к чужим семьям папаши, как через несколько месяцев Ваня объявил, что влюбился в его дочь. Слава тогда холодным потом покрылся: представил их вместе на одной свадьбе. А ведь перед свадьбой заранее придётся познакомиться…
- Это ужасный союз, - сообщил он Льву. – Её отец – ВДВшник.
Лев сразу же сообразил:
- Мы не поладим.
- Ни за что!
Они тогда ещё не знали, что девочке шестнадцать, и перепугались за возможное начало детских отношений, которые придётся контролировать, а контролировать – это неизбежно контактировать с её родителями. Но страхи не оправдались: Нина не только была взрослой, но и встречалась с кем-то другим, не обращая внимания на Ваню, и Слава обрадовался, что проблема решилась сама собой: не будет ни отношений, ни контактов с родителями, ни слезливой разлуки перед отъездом. Словом, всё складывалось очень удобно.
Он тогда не подумал: то, что для них, родителей, удобно, совсем иначе выглядит для Вани. Не подумал, как Ваня лил слёзы в подушку, как тяжело переживал отвержение, как больно ему было видеть её с другими. Даже странно, что они оба, Лев и Слава, пережившие непростой опыт первой любви, так легкомысленно отнеслись к Ване, единогласно решив, что всё это – «ерунда».
«Просто детские чувства», - говорил один.
«Через месяц пройдет, не нужно с этим считаться», - вторил другой.
Теперь Слава, вспоминая об этом, горько усмехался: научиться бы им достигать такого согласия в чём-нибудь ещё, кроме игнорирования проблем детей. Оставалось надеяться, что никогда не бывает поздно.
Они сидели на диване в канадской гостиной вдвоём – Слава и Ваня – и он слушал, как сын рассказывает ему про девчонок. Сначала – про всех.
- Я вообще-то не люблю девчонок, - первое, что сказал ему Ваня.
Слава слабо улыбнулся, и сын тут же поправился:
- Не так, как ты! По-другому! В смысле… - он растерялся, подбирая слова. – Просто они дуры. Я уже думал, что будет, если я вдруг женюсь, и надумал, что с возрастом они становятся умнее!
Потом он долго делился своей теорией, что у девушек нет какой-то доли в головном мозге, которая отвечает за то, чтобы «быть нормальным человеком», но к замужеству она у них отрастает. Слава с ним не согласился, но Ваня, отмахнувшись, сказал: - Короче, Нина взрослая, поэтому с ней всё нормально!
- Уже всё отросло? – уточнил Слава.
- Ага!
Оказалось, что Нина – не первая Ванина любовь, а третья. Но две предыдущие тоже были… несколько старше.
Самая первая любовь случилась с Ваней в шесть лет – тогда ему нравилась волонтёрка, которая время от времени приезжала в детский дом с подарками.
- Я её тогда замуж позвал, а она ответила, что уже замужем, но если разведется, то обязательно перезвонит. Видимо, пока не развелась.
Слава рассмеялся, а Ваня остался невозмутимо серьезен и продолжил свой рассказ.
Второй раз он влюбился в Одри Хепберн. Слава покивал: он помнил, как они однажды говорили о ней – ещё до того, как Ваня попал в семью.
Они прогуливались по территории детского дома, когда Ваня неожиданно решил поделиться:
«Я люблю Одри Хепберн. Ты слышал о ней?»
Слава присвистнул:
«Конечно»
«Когда я вырасту, я на ней женюсь»
«К сожалению, она умерла»
Ваня искренне перепугался:
«От чего?!»
Слава тоже перепугался: он думал, это какой-то шутливый разговор, или несерьезный, вроде: «Я люблю Человека Паука» или «Я люблю собирать Лего». А тут…
«Извини, я не подумал, что тебя это так расстроит…»
«Ты уверен?!»
«Да, я уверен…»
Ваня в отчаянии сел на ближайшую скамейку, обескураженный этой новостью. Слава сел рядом и успокаивающе заговорил:
«Вань, ну, она же просто актриса. И она снималась в очень старых фильмах. Даже если бы она не умерла, к моменту вашей женитьбы ей было бы лет сто…»
«Сколько?!» – перебил Ваня.
«Сто…»
«Ты не шутишь?!»
«Не шучу, она родилась в двадцать каких-то годах прошлого века. Она старая»
«Она не старая! – возмутился Ваня. – Не говори так!»
Как теперь выяснилось, после этого разговора Ванина любовь к Одри сошла на нет, а через несколько месяцев, как Ваня оказался в семье, появилась Нина – зеленоволосая девочка с волосатыми ногами.